Участь подельника заставила второго черноглазого на миг замедлить шаг. Я бросился вперед. Меч из пламени вспыхнул золотом. Он взметнулся снизу вверх и отсек противнику левую руку, после чего резко устремился вниз. Тварь попыталась защититься уцелевшей конечностью, но и та оказалась разрублена, вместе с лысой головой. Клинок с шипением прошел сквозь череп и застыл лишь на середине груди, разбив панцирь из сросшихся ребер.

Мой противник вздрогнул, нелепо взмахнул обрубками рук и свалился к моим ногам. Кем бы он ни был — сдох так же, как и любой выродок полозов.

— Спасибо, вы очень вовремя, — поблагодарил я продолжавших стоять в разбитом окне Дарью и Злату.

— Почему не разбудил? — вскинула бровь моя невеста.

— Думал, что показалось, — я пожал плечами, отзывая меч.

— Когда кажется — креститься надо! — неожиданно выдала Злата, чем заслужила наши с Дарьей удивленные взгляды. — А что? — смутилась она. — Разве в этих землях не так говорят?

Я вздохнул и направился к Дее. Она тоже разделалась со своими врагами и теперь придавила одного из них ногой к окровавленной земле.

— Говори, — потребовал я.

Раненный захрипел и попытался плюнуть мне в лицо, но, ожидаемо не попал. Дея резко подняла и опустила ногу. Под ее каблучком хрустнули ребра, и мужик взвыл от боли.

— Говори, — повторил я, чувствуя, как из-за подступающего гнева теряю терпение.

— Ты умрешь… — прошипел пленный.

— Когда-нибудь определенно, — я безразлично кивнул. — Но точно не сейчас. В данный момент умрешь как раз ты. И тебе решать, будет ли это быстро и безболезненно или долго и мучительно. Кто вас прислал?

— Не скаж… а-а-а! — неудачливый убийца залился воплем, когда Дея одним неуловимым движением отрезала ему ухо.

— Неправильный ответ. — Сухо бросил я. — У тебя еще много чего можно отрезать, прежде чем ты умрешь. Я не люблю пытать людей, но никогда не прощу того, кто угрожал жизням моих близких. Говори, кто вас прислал или…

Дея с мрачной улыбкой покачала перед пленником окровавленным ножом. Глаза мужчины расширились от ужаса.

— Пожалуйста, — промямлил он, — пощадите.

— А ты бы пощадил нас, если бы попросили? — мне было неприятно смотреть на извивающегося под ногой цыганки мужчину. Издеваться над побежденным врагом — дело недостойное. Но другого способа узнать правду у нас не было.

Ответа на заданный мой вопрос не последовало.

— Ты все равно не выживешь, — я быстро окинул истекающую кровью фигуру взглядом. — Но твои страдания, как и совесть, можно облегчить. Спрашиваю в последний раз — кто вас прислал?

— К-к-константин… Кочубей, — прохрипел мужчина, отводя взгляд. — Больше я ничего не знаю. Клянусь.

Я коротко кивнул Дее, и она одним неуловимо быстрым движением оборвала жизнь неудавшегося убийцы. Да, возможно, стоило сдать убийцу Тайной канцелярии, чтобы он рассказал еще что-нибудь. Но слово есть слово.

Оставив тела там, где они и лежали, я направился в особняк. Следовало срочно известить о случившемся Нечаева. Если один из приближенных Императора предатель, действовать нужно немедля!

Нечаев трубку не взял. Пришлось звонить в Тайную канцелярию. Этим занялась Дарья, сон которой оказался окончательно и бесповоротно испорчен.

Первыми к особняку прибыли солдаты, которые патрулировали ночные улицы в пережившем сражение и зачистку городе. Служивые, прежде чем разбираться, вскинули ружья. Дее тот факт, что на ее господина кто-то осмелился направить оружие, очень не понравился. Но, к счастью, непонимания удалось избежать, так как один из патрульных меня узнал и успокоил братьев по оружию.

Солдаты оцепили особняк и обыскали территорию на случай, если кто-то из убийц решил притаиться в темном закутке. Вот только занятие это было бесполезным — поблизости никто не прятался. Но ни меня, ни Дею мужчины не послушали и решили во всем убедиться лично, а не доверять непонятным для них сверхъестественным чувствам других людей.

Следом за патрулем прибыли агенты Тайной канцелярии во главе с Федором. Причем явились они по секретному подземному проходу, коим мой особняк был связан со штабом. Солдат такое появление порядком смутило, но Федор о чем-то быстро переговорил с ними, сунул их командиру какую-то «корочку» и быстро решил все недопонимания. После короткой беседы агент раздал указания своим и направился ко мне.

Нам покидать территорию запретили, поэтому я сидел на крыльце, смотрел на падающий снег и попивал чистый черный сладкий чай, который в этот раз сделала для меня Дея.

— Вас одного ни на секунду нельзя оставить, — покачал головой Федор и спросил. — Не против, если я закурю?

— Пожалуйста, — безразлично пожал плечами я и предложил. — Чаю?

— Лучше бы чего покрепче, — сунув в рот сигарету, Федор захлопал ладонями по карманам в поисках спичек. — Черт, в машине оставил, а наши не курят, — он огляделся и уставился на меня. — А вы не могли бы… ну… — он сделал движение, словно призывал пламя из ладони.