Он остановился перед камерой наблюдения, задумчиво разглядывая её. Камера как раз поворачивалась в другую сторону, словно нарочно игнорируя пьяного экс-Истребителя. Сейчас он находился в ее слепой зоне.

— Вот взять, например, эту камеру, — продолжил Фома свой монолог, — Она сейчас смотрит не туда. И следующая будет смотреть не туда. И та, что за углом — тоже. Совпадение? — он сделал глоток, — Не думаю! Даже не спрашивайте, откуда я это знаю… сам не в курсе…

Действительно, каким-то необъяснимым образом все камеры оказывались повернуты в другую сторону именно в тот момент, когда он проходил мимо. Словно сама судьба расчищала ему путь. Давала зеленый коридор.

— А может, это все самогон? — предположил Фома, с подозрением разглядывая бутылку на свет, — Хотя нет, эта партия вроде без галлюциногенов… Кажется.

Впереди послышались голоса — приближался патруль. Фома собрался было спрятаться, но вдруг заметил неприметную дверь в стене. Дверь, которой, он мог поклясться, секунду назад там не было. А может быть и была, просто он не заметил.

— Благодарю, — вежливо кивнул он то ли двери, то ли своему везению, и скользнул внутрь.

Патруль прошел мимо, не заметив ничего подозрительного. А Фома оказался в каком-то техническом помещении, заставленном трубами и вентилями.

— Так-так-так… — он огляделся, — И куда теперь?

Зов становился сильнее, настойчиво указывая куда-то вниз. Фома пожал плечами и отхлебнул еще:

— Ну, раз зовет — надо идти. Невежливо игнорировать приглашение.

Он подошел к стене, прикинул что-то в уме, потом достал из пакета еще одну бутылку:

— Извините, девочки, но вы понадобитесь для благого дела.

Содержимое бутылок он вылил на стену, создав на ней странный узор. Потом щелкнул пальцами — и жидкость вспыхнула странным синеватым пламенем. Через несколько секунд в стене образовалась идеально круглая дыра.

— Вот что значит правильная рецептура! — довольно хмыкнул Фома, — А говорили «зачем тебе столько спирта»…

Он пролез в дыру и оказался в каком-то вентиляционном коллекторе. Зов здесь ощущался еще сильнее.

— Знаете, — сообщил он очередной бутылке, — а ведь это все неспроста. Вот вы как думаете — почему мне так везет? Почему все эти патрули ходят где угодно, только не там, где я?

Бутылка предсказуемо промолчала.

— Вот и я о том же, — кивнул Фома, — Тут что-то большее. Что-то… судьбоносное, я бы сказал. Стоило бы наверное позвать Костяна… но он щас занят.

Он остановился перед массивной технической дверью, преграждавшей путь. На двери красовалась табличка «Посторонним вход воспрещен» и какие-то предупреждающие знаки.

— Ну-ну, — усмехнулся Фома, — Кто здесь посторонний? Я? Да я, можно сказать, по приглашению!

Он снова достал бутылку, но потом передумал:

— А знаете что? Тут можно и попроще.

Фома положил руку на дверь, и руны на его предплечье вспыхнули тускло-багровым светом. Металл под его пальцами начал плавиться, образуя новый проход.

— Вот что значит — иметь правильную метку, — пробормотал он, пролезая в образовавшееся отверстие, — Хоть какая-то польза от этой дряни…

Коридоры сменяли друг друга, но Фома словно точно знал, куда идти. Когда приближалась охрана, он каким-то чудом всегда оказывался в слепой зоне. Когда требовалось пройти через запертую дверь — либо находил обходной путь, либо просто прожигал новый проход.

— А ведь Костя говорил держаться подальше, — рассуждал он вслух, спускаясь по какой-то технической лестнице, — Но с другой стороны — он же не уточнил, от чего именно держаться подальше! Так что технически я ничего не нарушаю.

Откуда-то сверху донесся приглушенный грохот — похоже, бой на арене становился все более ожесточенным.

— Молодежь, — одобрительно кивнул Фома, — Вот это я понимаю — размах! Не то что мы в свое время… хотя нет, мы тоже могли. Особенно после той истории, когда мы на банкете подпоили Государя… тогда еще царевича… ик…

Он остановился, прислушиваясь к ощущениям. Зов стал почти невыносимым — словно кто-то дергал за невидимую нить, намертво привязанную к сердцу.

— Где-то рядом, — пробормотал он, — Чую… что-то знакомое.

Руны на руке начали пульсировать, но уже не так болезненно, как раньше. Скорее… предвкушающе? Если такое вообще возможно для магической метки.

Впереди была еще одна стена — толстая, явно бронированная. Фома остановился перед ней, задумчиво поглаживая светящиеся руны.

— Ты там, да? — тихо спросил он, прикладывая ладонь к холодному металлу, — По ту сторону?

Что-то отозвалось — не словами, не мыслями, а просто… ощущением. Словно старый знакомый махнул рукой через улицу.