Но что именно делать дальше — она все еще не знала. Впереди была неизвестность, и это пугало её больше всего. Оставалось только ждать — и надеяться, что однажды она найдет ответы на все вопросы.

А пока… пока можно было хотя бы попытаться заснуть. Завтра будет новый день, и кто знает — может быть, он принесет хоть какую-то ясность.

Трибуны затихли, глядя во все глаза на Чёрное Солнце и Императора. А меж тем в ложе у Безумовых продолжались интересные разговоры…

— ЧТО?! — Эмми аж подпрыгнула, — Костя, ты… Ты создал Черное Солнце?! Да как… когда… зачем?!

— Так, успокойся, — Настя положила руку ей на плечо, — Дай Косте объяснить.

— Ну, тогда я называл его иначе, — я пожал плечами, — Хотя нынешнее название тоже неплохо отражает суть. Судя по всему, у Императора рабочая бета-версия, каким-то чудом дожившая до наших дней. Самая первая, что я сделал.

— А как оно вообще попало к Императору? — прищурилась Айсштиль.

Я пожал плечами:

— Ну… какое-то время я использовал его как тумбочку для всякой мелочевки, — лица у Айсштиль, Насти и Эмми вытянулись, почти как мордочки у пони. Сахаринка озадаченно моргала, — А потом просто забросил в чулан… Куда оно делось после моего изгнания в Бездну — можно только гадать.

Девчонки синхронно застонали.

— Тумбочку?! — возмущенно фыркнула Айсштиль, — Ты использовал древний сверхмощный артефакт как тумбочку?!

— Ну а что такого? — я развел руками, — Очень удобная была тумбочка, между прочим…

— Высшие Сферы, дайте мне сил… — простонала Айсштиль, массируя виски.

— А для чего вообще нужна эта штука? — спросила Настя, когда первый шок прошел, — В чем ее предназначение?

Я на миг задумался, подбирая слова:

— Потенциально оно способно решить все наши проблемы с Бездной. Закрыть прорывы, стабилизировать реальность, спасти этот мир… Но есть один нюанс — при неправильном обращении оно может сделать все в разы хуже.

— И насколько хуже? — тихо спросила Сахаринка.

— Ну… — я поморщился, — Скажем так — мир может треснуть как яичная скорлупа. И окончательно погрузиться в Бездну. И это в лучшем случае.

— Капец…

— Именно, — кивнул я, — Поэтому нам нельзя проигрывать. Ни в коем случае.

— Эстро, — внимательно посмотрела на меня Айсштиль, — Раз Черное Солнце настолько важно… значит, ты до этого момента рассчитывал получить его каким-то другим способом?

— Верно, — кивнул я, — Красный Сгуститель, ритуалы, артефакты, алхимическая подготовка… я рассчитывал создать новое Чёрное Солнце с нуля. Долгий, но надежный путь. Но теперь, когда мы можем его просто выиграть… — я снова посмотрел на арену, — Ситуация заметно упрощается.

На арене тем временем Черное Солнце полностью выдвинулось из контейнера. Теперь все могли видеть массивную конструкцию из темного металла, похожую на механического паука. Его «лапы» слегка подергивались, словно артефакт был живым. А в центре конструкции, удерживаемое силовым полем, пульсировало нечто, напоминающее миниатюрную черную дыру…

Толпа благоговейно молчала. Даже видавшие виды аристократы казались потрясенными.

А я смотрел на свое творение и думал — что же такого я тогда намудрил, что оно до сих пор работает? Часть деталей была вполне стойкой, чтобы пережить десять тысяч лет, но не все же? Видимо, смертные смогли его как-то отремонтировать и перезапустить…

— Знаете что? — вдруг произнесла Настя, — А ведь теперь понятно, почему Император так настаивал на этом турнире. Он искал того, кто достоин владеть такой силой.

— Или того, кто сможет ее контролировать, — мрачно добавила Айсштиль.

— В любом случае, — я выпрямился в кресле, — Надо выложится на полную, девочки.

Эмми нервно хихикнула:

— Ну, хотя бы теперь мы точно знаем, за что боремся…

Что ж… похоже, пришло время исправлять старые ошибки. Или совершать новые — тут уж как повезет…

Сэр Уильям Мелори стоял в императорской ложе, внимательно наблюдая за демонстрацией Черного Солнца. Его лицо оставалось бесстрастным, но внутри все кипело от волнения. Годы подготовки, тщательно разработанный план — все вело к этому моменту.

«Вот оно», — думал он, глядя на пульсирующую тьму в центре артефакта, — «Невероятно… наши аналитики были правы — это действительно нечто совершенно уникальное».

Его натренированный взгляд профессионального разведчика подмечал каждую деталь конструкции. Механические «лапы», похожие на паучьи конечности, слабое мерцание защитного поля, странные узоры на металлическом корпусе… Все это нужно было запомнить и передать техническим специалистам.