— Он демоном был, только не говори, что не знал, — покачал я головой, глядя, как меняется выражение его лица: от возмущённого до удивлённого.

— Да я понятия не имел, — пролепетал он, округляя глаза. — Место тут такое странное. Даже оборотни друг друга не могут распознать. И демона тоже. Надо же… Теперь понятно, почему главный меняться стал в последнее время.

— Лес хорошо знаешь? — зада я последний вопрос, поднимаясь на ноги.

— Да неплохо, но только по краям. Вглубь не забирались никогда, слишком оттуда тьмой тянет, — кивнул он.

— Ну хорошо. Проводником нашим станешь на время. Нам заблудившегося человека в лесу найти нужно. Будешь себя вести хорошо — отпущу. — Я и так думал обратиться к ним, когда вернулся бы от травника. Нужен был тот, кто хотя бы в трёх соснах не плутал. Время действительно поджимало, и разбираться в честности и искренности оборотня его точно не было. — Сеть сними, — уже тише обратился я к Павлу.

— Хорошо, — закивал оборотень, поднимаясь на ноги и почему-то с опаской косясь на Милу.

— Как-то ты не особо сокрушаешься по своим, — кивнул Сергей на труп главаря.

— Каждый сам за себя. Тем более, давно уже хотел уйти, начали беспредельничать слишком, да внимание к себе привлекать. — Пожал он плечами.

— А мы тебя практически освободили от рабства, — усмехнулся Сергей, сложив на груди руки.

— Да как хочешь, так и думай, — поморщился оборотень и повернулся ко мне. — Вам с телами нужно что-то сделать. Нас наверняка остальные хватятся, хотя они всего лишь люди, — серьёзно проговорил он.

— С собой заберём, в лесу выкинем, — подумав, ответил я, вытягивая руку.

— Я тебе что, холодильник для трупов, что ли, передвижной?! — Проворчал Павел, но тела тут же исчезли, собственно, как и прах, оставшийся от местного травника.

— У меня идея есть, — не обращая внимания на ругань Павла, проговорил я. — Тебя звать как?

— Рома.

— Вот что, Рома. Мы сейчас примем облик твоих товарищей по охоте и пройдём через всё село, чтобы все видели, как вы в сопровождении травника в лес зашли, так мы лишних вопросов избежим. Попытаешься как-то нас выдать или внимание привлечь — присоединишься к дружкам, — прямо проговорил я, глядя в глаза внимательно слушавшему парню. Тот сосредоточенно кивнул.

Прошло несколько минут, во время которых Павел старательно накладывал на нас троих иллюзии.

— Поводок на собаку-поводыря своего магический накинь, чтоб не учудил ничего, — проговорил артефакт, когда закончил с нами. — Хотя я сам это сделаю, от тебя такого благородного не дождёшься мер, ограничивающих свободу мутных личностей.

В этот же самый момент я заметил, как серебряная сеть украшает шею Романа и тонкой нитью тянется к моей руке.

— Я бы тоже не доверял, — слегка улыбнулся он, прикоснувшись к невидимому взгляду ошейнику.

— Идём, — коротко бросил я, выходя первым из дома в облике травника Елизара, не забывая нацепить на себя чёрный медальон. Надеюсь, мы сможем вовремя отыскать Рубцова.

Первая часть нашего плана прошла без особых проблем. Мы спокойно вышли через главные ворота, перекинувшись парой фраз с главой поселения возле самого выхода. Мне даже показалось, что местные жители вздохнули с некоторым облегчением, когда Елизар и глава местной банды покинули Хабары. Даже остальные охотники из их группы проводили нас какими-то злыми взглядами, но останавливать и окликать не решились.

Мы пересекли дымку тумана, окружающую лес, и вновь оказались во мраке этого таинственного места. Воздух даже на самой границе стал тяжёлым и спёртым, от чего становилось тяжело дышать. Но артефакты Елизара справлялись, хотя в их эффективности я до последнего сомневался. Чёрный медальон то нагревался, то охлаждался, заставляя энергетические каналы в теле, собственно, как и кольца магии душ находиться в каком-то нестабильном состоянии.

Оказавшись во тьме, я сразу же зажёг несколько светящихся шаров и развесил их над нашими головами, чтобы хоть немного осветить дорогу. Сложилось такое чувство, что сам лес поглощал любой попадающий сюда свет, поэтому магические светильники были тусклыми и давали освещения ровно столько, чтобы можно было различить только находящееся в радиусе нескольких метров.

Сергей с Милой выглядели обеспокоенно и постоянно озирались по сторонам, нервно сжимая в руках оружие. Роман же старался казаться спокойным, но я отлично видел, как он вздрагивал даже от малейшего шума. Да и меня, сказать честно, с первых шагов не оставляло ощущение того, что за нами кто-то пристально наблюдает.

— Ну и что теперь? — на меня выжидательно уставились три пары глаза. Павел снял маскировку, и теперь я не испытывал какого-то иррационального раздражения, глядя на своих товарищей.