Дымка, окружающая лес, появилась в пределах видимости внезапно. Она словно распространялась с главной улицы, заполняя собой всё пространство над дорогой. Я видел, как, столкнувшись со стенами стоящих рядом зданий, она резко отстранялась от них и больше не стремилась проникнуть внутрь. Сейчас было прекрасно видно, как защитные руны, начертанные Стражами, ярко светились в этой гнетущей темноте зеленоватым светом.

Девичий крик разнёсся по улице, долетая в опустившейся тишине до моего открытого окна. Никто даже к окнам не подошёл, чтобы поинтересоваться, что происходит снаружи. Не просто так предупреждал Александр, если что случится в тёмное время суток, никто на помощь не придёт. Я тряхнул головой, прогоняя слова владельца заведения, и прислушался. Ещё один слабый вскрик и тишина.

— Ну нет, не надо, даже не думай! — завопил Павел. — Не надо тебе в это лезть. Ты восстановился только на десять процентов. Тебе головной боли от птички твоей не хватает, тоже ваше знакомство со спасения началось. Не нужен нам никто больше. Видел, как она на тебя постоянно смотрит? Тебе, зачем ещё кто-то, кто будет нарушать эту идиллию. Миша, не вздумай. Позаботься обо мне…

— Да что ты вообще несёшь, — простонал я, переставая слушать тот бред, который изливал из себя артефакт.

Открыв окно полностью, я выпрыгнул через проём и, активировав водяные крылья, полетел в сторону звука. Что бы не говорил Павел, но бросать в беде человека, когда я реально могу помочь, было недостойно сына князя Уварова.

Я старался не касаться этого тумана, который поднимался вверх и пытался дотянуться до меня, когда приходилось пролетать в опасной близости от него над землёй. Мне всё никак не удавалось понять, откуда доносился крик, отражаясь от стен домов звонким неестественным эхом. Поисковое заклятье, что я направил, распалось через несколько секунд, а вся высвободившаяся при этом энергия впиталась в этот странный туман. Да и у меня силы как-то подозрительно быстро иссякали.

— Ну что ты за человек-то такой? Вот надо тебе лезть, куда не просят. Ты так до своего совершеннолетия не доживёшь и не станешь новым императором. А нет. Я понял, ты адреналиновый маньяк и не можешь жить без своей дозы. Так я тебе в этом помогу. Переменный ток и внезапный удар молнии, говорят, повышают дозу адреналина в крови до запредельных высот. Профилактическая доза дважды в день должна поумерить твой пыл, — громко разглагольствовал Павел, когда я в очередной раз наткнулся на тупик.

Девушку я обнаружил через улицу от постоялого двора. Всё это время я летал вокруг, словно какая-то невидимая сила отводила меня в сторону от объекта моего поиска.

Резко замерев в воздухе прямо над ней, я увидел только её очертания, всё остальное было скрытой окутывающей девушку дымкой. Она пыталась вырваться и больше не произносила ни звука. Всё это действо разворачивалось рядом с крыльцом одного из домов. Но дверь была плотно закрыта, как и окна, и никто, кроме меня, не пытался прийти на помощь отчаянно сопротивляющейся тёмной магической силе девушке.

Спикировав резко вниз, я вытянул руку и попытался схватить её за плечо. Но как только я коснулся этого молочного марева, оно тут же начало уплотняться, образуя какой-то непроницаемый кокон, полностью скрывающий от моих глаз попавшего в беду человека.

Туман был осязаемый и холодный. Я чувствовал, как что-то липкое начало окутывать опущенную в него кисть, медленно распространяясь всё выше. Никакой боли не было, только резко накатывающая слабость, апатия и пустота от стремительно покидающей моё тело энергии.

— Очнись! — из какой-то необъяснимой прострации меня вывел вопль артефакта. — Сделай что-нибудь, убери эту пакость от меня! Она ж мою душу высосать хочет! Так и знал, что твои угрозы меня расплавить были не беспочвенны. Я думал мы друзья, а ты просто решил скормить меня неизвестному заклятью! — голосил, что есть мочи Павел.

Я тряхнул головой, прогоняя пелену перед глазами. Попытался взлететь выше, одновременно с этим дёргая рукой, чтобы освободиться от влияния белой дымки. Но все эти попытки оказались тщетными. Тело будто было парализовано, а моя магия, что ещё оставалась в теле, просто не отзывалась на мой призыв. Постепенно меня начало опускать ниже, неуловимо затягивая в пучину этого тумана, как в болото.

Из последних сил удерживая себя в сознании, я закрыл глаза и полностью сконцентрировался на призыве своего трезубца, вспоминая, что в лесу духовное оружие работало, несмотря на полное магическое истощение. Медленно, словно пробиваясь через какую-то преграду, он появлялся в руке, до которой ещё не добрался этот туман. Резкая вспышка, и моё тело очнулось от этого навязанного извне паралича. Вскинув руку с трезубцем вверх, я пропустил через него небольшую часть своей первозданной энергии и бросил вниз, рассекая эту дымку.

Я с удивлением смотрел на то, как моё духовное оружие вонзается в каменную мостовую, а от него начинают распространяться в разные стороны волны силы, окрашенные в голубой цвет. Каждая волна была сильнее предыдущей, и она не только разрезала магический туман, но и легко отталкивала его от себя, образуя вокруг ровный, чистый от массового заклятья круг. Очередной выброс силы моего трезубца был таким мощным, что полностью развеял белесоватую дымку в этой части квартала, где мы находились, а я, освободившись от чужеродного влияния, свалился вниз, беря оружие в руки.