Глава 21.

— «Кхе-хе-хе, не сравнивай меня с нынешним поколением магов, с легкостью приносящим в жертву значительную часть потенциала собственного дара ради простого внешнего вида и нескольких десятков циклов к отмеренному природой сроку!» — переведя рвавшийся изнутри сухой кашель в старческий смех, искривил губы в презрительной усмешке и ответил подобным же образом. — «Хотя, чем от них отличается ваше чешуйчатое племя, так праведно оскорбляясь, когда кто-то из жертв умудряется не только дать отпор, но и уничтожить наглых воров и грабителей, хотя во всём виновата исключительно непомерная жадность и уверенность в праве силы! Ни одному встреченному мной красному дракону не пришла в голову мысль попробовать договориться, предложив равноценный обмен»!

Мне отчаянно требовалась хоть короткая передышка для восстановления, так что нажимая на хорошо известные болевые точки тварей, я был вовсе не против почесать языком, несмотря на готовность извлечь последний довод. Нисса шевельнулась в рукаве, обозначая готовность действовать и давая руке небольшую прохладу гладкого металла.

— «Договариваются только слабые!» — надменно вскинул голову старик в красном с недовольным зубастым оскалом. — «Сильные берут понравившееся без лишних разговоров! Запомни имя своей смерти — Гевисаширалон!»

Тем не менее, представившийся гад не стремился возобновить битву и даже не готовил скрытно что-то смертоносное. Тоже нуждался в передышке? Припомнив весьма заметные отметины на настоящем теле ящера еще до начала битвы, я прищурился — кто-то основательно потрепал гада до меня.

— «Потеряв стольких против меня, разве имеются сомнения — кто оказался действительно силён, а кто себя смертельно переоценил?!» — насмешливо фыркнул, не отрывая настороженного взгляда от фигуры вдалеке. — «Даже ты хоть и имеешь хорошие шансы прервать нить моей земной жизни, но не сомневайся — я позабочусь, чтобы по окончанию этой битвы победителей не оказалось».

Несмотря на некоторую высокопарность произнесённого обещания, тон мой был полностью сухой, без капли гордости или бравады — простая констатация факта. Проклятый ящер это отлично уловил и подобрался, окутываясь каким-то защитным заклинанием. Не то, чтобы это ему сильно поможет.

— «Не считай меня слепым, маг, я отлично вижу насколько сложно даётся тебе применение действительно сильной магии — еще немного, и ты сам помрёшь от напряжения немощного тела, не способного долго выдержать полную мощь дара», — парировал дракон, взмахом руки подвешивая рядом с собой десяток огненных шаров и отправляя вперёд, — «за многочисленные смерти и осквернение останков молодняка из моей стаи, наградой станет только предельно мучительная смерть и даже душа не избежит соответствующий кары! Запомни имя своего убийцы — Гевисаширалон.»

Атака, как и озвученная правда не заставила даже бровью повести — с самого начала не имелось сомнений, что древний дракон обладает остротой чувств, в том числе магических, что недоступны простым смертным магам без сложнейших плетений. Пытаться скрыть собственное состояние, при этом одновременно участвуя в смертельной магической дуэли, мне сейчас просто не по зубам. Циклов пятьдесят-сто назад ещё можно было попробовать.

А вот угроза душе заставила озабоченно нахмуриться, отправляя навстречу огню стянутую с округи воду — можно не сомневаться, что за свою долгую жизнь, этот ящер скопил немалую коллекцию артефактов, способных в том числе воздействовать и на душу, несмотря на все предпринятые мной меры. Боги давно подтвердили нерушимость и неуязвимость ядра души смертных, но это вовсе не означает, что ее невозможно поймать, заточить или причинить мучения с помощью определенных знаний, низведя до самой основы, не упоминая об использовании в качестве источника маны.

На некромантию долгое время были гонения именно по этой причине, пока несколько Высших Магов не доказали, что при создании нежити использовались лишь внешние слои, остававшиеся в физической оболочке, создавая иллюзию частичного восстановления умершей личности, но никак не пленение полноценной души.

— «Позволь разрушить данную иллюзию — со старостью приходит не только слабость, но и осторожность с пониманием о необходимости подготовки к любому развитию событий», — слегка качнул головой и сведя руки, я с силой повернул одно из колец на левой кисти.

Непримечательное колечко из мифрила с чередой почти стёршихся рун на внутренней и внешней сторонах вспыхнуло ослепительным белым светом, перешедшим на всё мое тело, после чего осыпалось прахом. Ощущая, как под воздействием высшей целебной магии утихали боли в теле; перестали ныть и щелкать суставы в руках при каждом движении; полностью вернулся слух; успокоился бешено колотивший в виски рваный пульс, сменившись на мощный и равномерный; головная боль просто испарилась и утихло нараставшее жжение в груди, я распрямил сгорбленную спину и слегка потянувшись, не сдержал небольшой улыбки — давно не чувствовал себя так хорошо!

Хотя вместе с отличным самочувствием на сердце воцарилась легкая печаль, как всегда бывает при утрате последнего напоминания о давно павшем дорогом человеке. Спасибо учитель, твой драгоценный подарок был со мной почти всю жизнь и сейчас позволит не уйти раньше срока, хотя и не ожидал, что придётся его использовать до достижения конца этого долгого и опасного пути. К сожалению, даже Восстановление мага подобного уровня не способно сотворить чуда и вернуть давно ушедшую молодость — я всего лишь оставался здоровым стариком, что сможет выдержать чуть больше нагрузки, чем прежде и интенсивное использования дара доконает меня не менее надежно, чем до этого и разница только в продолжительности.