— Убивать — просто ответил Андрей.

— Дяденька, смотрите, что он спрятал, это он нарисовал и написал, затем спрятал, это секретная бумага — подбежал к следователю Алексей, протянул листок бумаги, на котором была нарисована большая черная собака и было написано рукой Андрея несколько предложений, гласивших:

— Это ты написал? — спросил Петр Васильевич у Андрея.

Андрей не отвечал. Он просто молчал, опустив голову вниз. Следователь же немножко перевел дух. Эта бумага, на которой было изображение страшной собаки Баскервилей, эти совершенно ужасные слова, от которых так и веяло внутренностями свежо раскрытой могилы.

— Андрей, не торопись, и я не буду бежать вперёд паровоза, так уж выходит. Но откуда ты взял название полицаи. Это я так, чтобы тебе проще было говорить. Ты, конечно, видел в зарубежном кинофильме, читал в книге — проговорил Петр Васильевич.

— Андрюша, ну попытайся вспомнить. Только не волнуйся — вмешалась в разговор Ольга Васильевна, сделала это тихим голосом — Леша, иди ложись, к стенке сегодня ложись — несколько громче произнесла Ольга Васильевна, обратившись к младшему брату Андрея.

— Нет, это не из фильма. Эти люди называли себя полицейскими — ответил Андрей.

Ты видел этих людей во сне, они убили собаку?

— Да, но я не уверен. Может она не умерла — ответил Андрей.

— Но ты написал, что её убили, что убили её хозяина?

— Я сейчас не знаю. Это было там, откуда приходит тот человек.

— В будущем?

— Да, мне тогда было ужасно жалко собаку. Сейчас же я понимаю, что эта собака и этот человек, что они недобрые — сказал Андрей.

— Скажи мне, это очень важно. Ты боишься их, ты ощущаешь от них угрозу?

— Нет, но я очень боюсь того, что этого человека убьют здесь и сейчас. Если это произойдет, то тогда умру я — ответил Андрей.

— Вот оно как, интересно выходит. Но давай на сегодня закончим. Я запомнил твои слова. Я сейчас не буду спрашивать тебя: почему. Мне самому нужно о многом подумать. Так что отдыхай и ничего не бойся. А я пойду, уже поздно — проговорил Петр Васильевич и поднялся на ноги, в голове у него было нехорошо, он бы ни за что не поверил во всё это, если бы сам не имел возможности побывать в параллельном пространстве, и вот это делало всё то, о чем говорил этот странный во всех отношениях мальчик правдой, чистой правдой.

— Пожалуйста, подождите, я выйду на крыльцо с вами, провожу вас — произнесла Ольга Васильевна.

— Конечно — просто согласился Петр Васильевич.

Они остановились на крыльце. Сейчас лавочка, на которой любили сидеть местные бабушки, была пустой. Дверь в страшный подвал была закрыта на навесной замок. Было несколько прохладно, ощущался заметный ветерок, дующий с северного направления.

— Северный ветер, завтра погода изменится — сказал Петр Васильевич.

— Бог с ней, с погодой, лучше скажите мне, ответьте мне на вопрос. Вы полагаете, что Андрея нужно показать психиатру. Вы, вероятно, что так думаете. Я с ужасом сейчас его слушала, и этот листочек бумаги — сказала Ольга Васильевна.

— Нет я так не думаю. И вы пока что не торопитесь делать такие выводы. То, что говорит Андрей, как бы вам сказать, да, это не укладывается в наши привычные логические схемы. Но и само это дело, оно ведь тоже не укладывается в эти же схемы. Всё очень странно, и вот поэтому торопиться не стоит. Никаких психиатров Андрею не нужно. Пока что точно не нужно. Постарайтесь лишний раз не нервничать. Да и, я уже говорил, когда Андрей будет выглядеть непривычно, как вы говорили мне, то сразу мне звоните. Вот вам мой домашний телефон. Если меня дома нет, то в отделение, попросите Зимина Петра Васильевича — сказал следователь, сделал паузу, после чего спокойно добавил — До свидания, Ольга Васильевна.

— До свидания, Петр Васильевич — отреагировала мама Андрея и тут же подумала о том, что впервые услышала фамилию следователя, до этого его знали только как Петра Васильевича, то есть лишь по имени отчеству.

— Подождите, Ольга Васильевна, я хотел спросить, но как-то вылетело из головы. Надо же так, действительно насколько всё это странно. Так вот, скажите, есть ли у Андрея ключи от дверей в подвал? Вы чего-нибудь знаете об этом?

— Ключи от подвала? Нет, я ничего об этом не знаю. Я никогда не видела у него никаких ключей, помимо одного ключа от квартиры. Я спрошу у Алексея. Я незаметно посмотрю там, где у него тайник — сказала Ольга Васильевна.

— Да, пожалуйста, этих ключей у него быть не должно, это может быть очень опасно. Хотя, знаете, я сейчас вас удивлю, только отнеситесь с пониманием. Дело в том, что я сам в данный момент сомневаюсь в том, что лучше, а что хуже. Никогда ничего подобного со мной не было.

— А вы откуда узнали, что у него есть ключи? Кто-то из мальчишек вам сказал? — спросила Ольга Васильевна.

— Нет, эти разве такое скажут — улыбнулся Петр Васильевич — Мне об этом сказала Лидия Петровна. Но я думаю, что это правда, что у кого-то из них есть ключи.