Экспедиционному корпусу достались знатные трофеи, более десяти боевых галер, буквально через день ставших на охрану островного побережья. С Корсики попытался высадится пизанский экспедиционный корпус, но был бит местным ополчением, да так быстро , что подчинённые Давиду войны успели только к финальному акту битвы. Пользуясь ослаблением противника, Давид решил рискнуть и двинул часть войска в Корсику , где вспыхнуло полномасштабное восстание. Не ожидавшие этого итальянцы были в большинстве своём биты , и лишь немногим удалось бежать на кораблях в сторону Италии. На своё несчастье беглецы нарвались на венецианский флот, трудно сказать, что стало первопричиной конфликта, но венецианцы сошлись в битве с генуэзцами и пизанцами, в результате чего были потоплены практически все корабли двух последних.

Итогом этого стал вспыхнувший конфликт между тремя городами-республиками. Причем развернулся он не только на море, где флоты городов- республик лихо брали на абордаж чужие торговые суда, но и на побережье, часть генуэзского флота блокировала торговлю Пизы у реки Арно. И причины этого противостояния были лишь отражением конфликта гвельфов против гибеллинов. Консулы Генуи активно , хоть и тайно помогали сторонник ам папы, тогда как пизанцы и венецианцы склонялись под руку императора Священной Римской Империи. И это противостояние и не думало затухать, даже несмотря на то что текущий понтифик Целестин III оказался в полном подчинении императора.

Правящая верхушка Пизы сделала ставку на императоров , поимев с этого неплохой навар, в 1162—1165 годах Фридрих I даровал Пизе право свободы торговли по всей Европе и передал республике огромные куски побережья от Тосканы до Сицилии. Еще забавней обстояла ситуация с Венецией, ведь в 1180 году Пиза заключила с ней договор о разделе сфер влияния: Пиза не вмешивалась в политику Адриатического бассейна, Венецианская республика — Тирренского.

Но обе республики стали нарушать это соглашение буквально сразу после подписания, и так случилось, что случайное столкновение флотов порвало плотину, и война вспыхнула яростно и бескомпромиссно, война, где каждый сражался против всех.

При этом пикантность ситуации предавал тот факт, что каждая сторона подозревала другую в том, что она тайно сотрудничала с Византией, что делало конфликт ещё более непримиримым.

Мануил успешно использовал это недоверие для разжигания конфликта, а Давид, пользуясь представившейся передышкой, развил лихорадочную деятельность, укрепляя свою власть на захваченных островах. В первую очередь была заменена все церковная власть, места погибших или спешно вернувшихся на родину церковников, заняли их византийские коллеги. В опалу попали семьи местных дворян, которые поддерживали итальянские государства, а в фавор патриотично настроенные. На Давида обрушилась та сторона власти, от которой он бегал всю свою сознательную жизнь. Судить да рядить - это не его. Ему ближе те вопросы, которые можно решить добрым мечом.

Хорошо , хоть новые родственники и супруга взяли на себя все административные дела, оставив ему на откуп военные. Вот тут Давид развернулся во всю ширину истосковавшейся по делу души. И если морской флот он без сожаления отдал на откуп знающим людям, на этот раз адмирал был из окружения молодого императора, то в устройстве войска он принял самое активное участие. Попав в Византию , Давид не только много воевал, но и читал труды известных полководцев. Новые знания и с в ои способности ему удалось в полной мере реализовать во время войны с арабами, что сделало его весьма популярным среди алан, служивших в Византии. Кроме того, благодаря содействию князя Юрия большинство семей, находящихся в оппозиции к эксусиократу Кинталу, смогли переселиться на территорию Византии и сопровождали Давила в походе , им Давид отдал покинутые приморские земли, уж кого, а его соплеменников пиратами не испугать.

Таким образом , он и местных не обидел и своим угодил, жаль , что такое было возможно крайне редко.

7 декабря 1187 года

Габриэл Сундукян

Глава армянского землячества был раздражён. Скорее даже не раздражён, а немного на взводе : ему, почтенному купцу, приходилось обивать пороги княжеской канцелярии , чтобы узнать судьбу каравана, пришедшего из Византии. Обычно такие караваны не вызывали никаких проблем, но на этот раз новая , созданная князем служба, именуемая таможней, арестовала караван судов, так как декларируемый товар не совпал с тем, что эти суда привезли на самом деле. Дело по сути житейское и всегда в любой стране решалось небольшой благодарностью определённым людям. Габриэл свято чтил господа, который сам делился и своим последователям велел. Но на этот раз обкатанная не одним поколением схема дала сбой. Мало того, что не удалось решить возникшее недоразумение на месте, так и с начальником смены не сложилось, этот ишак – начальник каравана решил сэкономить, и вот теперь придётся умасливать начальника службы, а это намного большие траты, ибо статус и положение.

Размышляя с чего начать разговор с руководителем новой службы и как бы удачней его провести, купец погрузился в поданный слугами паланкин. Четверо дюжих молодцов легко подняли его и неспешн о отправились в путь по широким улицам города. Раньше для этих целей можно было использовать сильных рабов, а сейчас после запрета рабства, приходилось нанимать работников у недавно возникшей компании , быстро растущей. Сам купец уже не один раз пожалел, что мысль предоставлять услуги транспорта в его голову не пришла, ну , а сейчас придётся значительно вкладываться в новое дело , чтобы составить конкуренцию нынешнему лидеру рынка. За этими размышлениями он не заметил, как его сморила дремота , и в себя он пришёл только тогда, когда исчезло усыпляющее покачивание. Откинув полог, он спустился по подставленной слугами лесенке, возле недавно построенного здания таможенной службы. Дом, отведённый под таможню, смотрелся необычно. Здание поражало и подавляло, выполненное из розового гранита оно возвышалась над соседними домами , безраздельно властвуя на окружающей территорией, где в основном стояли здания под склады. Коническую крышу, покрытую черным шифером, обрамляли башенки с треугольными мансардными окнами, которые вместе с крышей сильно смахивали на корону одного из франкских герцогств. Богато украшенный фасад смотрел на мир трехэтажными арочными окнами с витражами, расположенными на средних этажах здания, с третьего по пятый. Купец остановился заворожённый этакой прорвой денег, одни витражи могли потянуть больше , чем весь конфискованный товар, от этой мысли руки его неприятно вспотели, предвещая большие денежные траты. Внутри здание продолжало поражать : нет , показной роскоши или вычурной отделки там не было, но материал из которого была выполнена отделка здания , говорил сам за себя знающему человеку. Всё увиденное, только укрепило его в мнении что придется значительно раскошелится, чуть ли не себе в убыток, чтоб положительно решить интересующий его вопрос.

Попав в здание, купец столкнулся с охранниками, одетыми в однотонную форму тёмно-синего цвета.

– К кому? – решительно заступил дорогу один из охранников.

– К руководству, - произнес сразу потерявший часть апломба купец.

– Записаны? – уточнил стражник.

– Это как?

– Это просто. Пройдите к девушке , она вам объяснит , с казал боец , указывая куда-то влево. Купец подчинился и неуверенно оправился по указанному маршруту , в конце которого утерся в красивый лакированный прилавок , за которым стояла девушка , о детая в платье, которым иная принцесса не побрезговала бы.