Арди вспомнил слова Атта’нха о том, что делает Эан’Хане тем, кто он есть.

А потом вспомнил слова Катерины о «хороших» и «правильных» людях.

И кто из них двоих прав?

— А как сдержаться, Келли? Как мне, о Спящие Духи, сдержаться?

Шериф молча кивнул в сторону закрытого окна. Там, на полу, забавно надувая щеки и корча смешные рожицы, Тесс играла с Кеной, которая прыгала на цыпочках, размахивая своим новым, плюшевым мишкой.

И Арди почувствовал, как холод отступил. Как ему стало теплее.

— Порой этого недостаточно, Келли. Порой достаточно маленького толчка и…

— Я знаю.

— И что тогда?

— А этого не знаю, парень, — шериф отпустил его плечо и отошел в сторону. — И никто не знает. Каждый находит что-то для себя. Это ведь такой вопрос, Ард, ответ на который не прочитаешь в книге и не услышишь ни от отца, ни от друга, ни от командира.

Они замолчали. Но не так, как молчали прежде. Что-то изменилось в этой спокойной тишине, повисшей между ними. Между шерифом Келли Брайаном и дознавателем Арданом Эгобаром. Что-то новое, совсем маленькое, лишь едва-едва зарождающееся.

— Пойду к твоей матушке. Помогу накрыть на стол, а то Эрти сегодня задержится, а у Тесс, — в глазах Келли при веди дочери и рыжеволосой певицы отразился покой. Глубокий и мягкий. — У Тесс есть дела поважнее.

Шериф уже коснулся ручки двери, как Арди сказал несколько слов. Сказал настолько громко, насколько мог найти в себе силы воли, чтобы признать их правоту. Так что, фактически, прошептал.

— Спасибо… спасибо, Келли, что заботился и заботишься о Шайи и Эрти. И заботился, как мог, о моем прадедушке. Без тебя бы они не выжили.

Рука Келли дрогнула, и он надвинул шляпу чуть глубже на глаза.

— Может и выжили бы… но вот я точно подох бы в каком-нибудь салуне или в обоссанной канаве.

И он ушел.

А Ардан посидел еще несколько минут теребя ключ в кармане куртки, а затем встал и пошел в дом, где его ждали родные. Странная, немного сломанная, семья. Место, где он чувствовал тепло и покой.

* * *

— Ты поговорил с ним, дорогой?

— Поговорил, родная.

Они стояли в ванной комнате и, слушая журчание воды, разговаривали. Как оказалось, старший сын Шайи не слышал чужих разговоров только если их разделяло несколько этажей и шум воды.

— Я не знаю, что делать, Келли, — Шайи совсем так же, как и её сын недавно (хотя, скорее, наоборот) обняла себя за плечи. — Они не прекращаются. Эти сны. Я вижу, как она бежит за ним. Как тьма бежит по следу за моим сыном, Келли. И это не зверь. И не человек. Что-то другое. Она сейчас далеко. Очень далеко, но… мне кажется она приближается.

Келли обнял жену и прижал её к себе.

— Это просто сны, родная, — приговаривал он, поглаживая волосы. — Просто сны… Ничего более. Ты просто волнуешься за него. Это нормально.

— Да… наверное ты прав… просто сны…

Да, просто сны. Шайи совершенно не требовалось знать, что он сегодня увидел. Увидел, как к согнувшемуся, побледневшему Ардану, тянутся тени, так и норовя облепить его ноги. И еще запах. Этот мерзкий, пронизывающий насквозь запах болота.

Глава 6

— К вечеру вернусь, — шепнул Арди, приобнимая Тесс.

Та держала в руках ткань, купленную вчера в магазине около Озерного Порта Дельпаса. Шайи пообещала сшить Тесс летнее, легкое платье прежде, чем Ардан с невестой уедут в Шамтур. Синее, ситцевое полотно с белыми пятнами, напоминающими миниатюрные облака.

Тесс вызвалась помочь в пошиве, так что сейчас собиралась в сторону мастерской матушки Арди, находившейся на первом этаже с противоположной от кухни стороны.

Девушка сжала ткань так сильно, что смятые складки протянулись на несколько ладоней вглубь полотна, но лицом Тесс не подала ни единого намека на волнение.

— Ты тогда иди, — только и ответила она, попутно клюнув жениха в щеку. — Я буду ждать.

— Скоро вернусь, — как и в прошлый раз ответил Ард, после чего надел свою категорически неуместную для Предгорной Губернии шляпу с короткими полями и вышел на улицу.

Келли с утра уехал вместе с Эрти на процедуры. Врачи пробовали новые лекарства для лечения анемии и, вроде, Эрти они помогали, но у Арди имелось несколько иное мнение на данный счет. Если учесть, как быстро вырос его младший и как сильно раздался в плечах, то, возможно, в борьбе с малокровием помогали совсем не врачи.