– Куда ходила? – гораздо мягче повторил Аарон, и хмурое выражение его лица теперь стало не рассерженным, а озабоченным. – Ты в порядке?

– Конечно, – отозвалась Джоанна, радуясь про себя, что в полумраке нельзя разглядеть ее заплаканные глаза. – Идем. – Она протянула Аарону руку и помогла подняться. – Нужно еще многое успеть сделать.

Через два дня они смогут спасти свои семьи. Спасти всех.

Через два дня настал знаменательный вечер. Джоанна нетерпеливо мерила шагами квартиру, пока спутники завершали приготовления. Аарон занимался подбором одежды для всей компании. Он нашел вечернее платье с блестками для Рут и потрясающий темно-зеленый наряд с открытой спиной для Джоанны, тяжелая ткань которого сейчас обвивалась вокруг ног при каждом шаге.

Держа руки в карманах, Аарон первым вынырнул из-за книжной полки, отгораживающей пространство. Он напоминал молодого Джеймса Бонда в своем безупречном светло-сером костюме, идеально подходившем к глазам. Джоанна сделала над собой усилие, чтобы не пялиться, хотя удалось это с трудом: красивый и стильный парень всегда привлекал внимание, заставляя оборачиваться даже прохожих на улице, но сейчас казался настолько утонченным и безупречным, что буквально притягивал взгляд.

Уже не в первый раз Джоанна подумала, что Аарон не вписывается в окружающую обстановку. Ему следовало блистать среди роскоши частного особняка, а не ютиться в маленькой квартирке-студии над рынком.

– Нервничаешь? – спросил Оливер, и Джоанна со странным чувством смущения осознала, что он тоже внимательно разглядывал ее с того мгновения, как вышел из-за стеллажа.

Она заставила себя прекратить беспокойно вышагивать по центру помещения. Золотистые лучи закатного солнца лились сквозь витражное окно, отчего вся квартира сияла огнем, как растопленный очаг. Джоанна и в самом деле нервничала.

– Да, – призналась она, пытаясь вспомнить, с каких пор начала доверять Аарону настолько, чтобы открывать перед ним душу, и со вздохом пояснила: – Возможно, уже сегодня нам удастся спасти родных.

– Возможно, – не сводя с нее взгляда, кивнул Аарон. Секунду казалось, что он собирался добавить что-то еще, но затем передумал и вместо этого приблизился к Джоанне, подхватив две сумки, которые стояли возле стеллажа. – Вот.

– Еще одежда? – поинтересовалась она.

– Завершающие штрихи, – сообщил Аарон, доставая черный бархатный футляр. Внутри оказалась длинная нить жемчуга с бриллиантовой подвеской по центру. – Для правдоподобия. Позволишь?

Джоанна с изумлением уставилась на украшение. Неужели оно настоящее? Но нет, конечно же нет. Как и сказано: всего лишь подобие правды. Подделка. Затем повернулась, скорее ощутив, чем услышав, как Аарон приблизился – по изменению температуры, и перекинула волосы через плечо, наклонив голову.

К удивлению Джоанны, он опустил подвеску ей на спину, а не на грудь, заставив вздрогнуть от холодного прикосновения жемчужин к коже, словно ожерелье было сделано из шариков льда. Хотя они быстро нагрелись.

Джоанна повернулась и внезапно оказалась вплотную к Аарону, который не отступил, а остался стоять совсем близко. Его серые глаза потемнели, и ее сердце пропустило удар.

– Как тебе? – она постаралась сказать это легкомысленно, но слова прозвучали неожиданно доверительно, как разделенная тайна. – Сойдем за важных персон?

– Ты и в самом деле важна, – таким же тоном ответил Аарон, и на этот раз в его голосе не было привычной язвительности, а серые глаза смотрели абсолютно серьезно. – Я знаю, тебе хочется вернуть свою семью, но не забывай, что и твоя жизнь имеет значение. – Джоанна уже собиралась возразить, но он слегка покачал головой. – Пожалуйста, будь сегодня очень осторожна. Дворец – опасное место.

Джоанна почувствовала укол раскаяния за то, что впутала Аарона в это рискованное предприятие, хотя он с самого начала лишь хотел затаиться и переждать, пока все не затихнет.

– Ты не обязан с нами идти, – сказала она так же серьезно. – И ничего мне не должен, хотя и повторяешь это. Мы оба знаем, что ты уже расплатился сполна. – Может, по какой-нибудь глупой традиции монстров следовало объявить это вслух? – Я освобождаю тебя от всех обязательств.

– Джоанна… – в глазах Аарона промелькнуло какое-то непонятное выражение, но потом он вздохнул и достал из второй сумки коробку с обувью. Внутри оказалась пара мягких черных балеток на плоской подошве. – На случай, если придется бежать.

Они взяли такси до набережной Виктории. По словам Тома, ворота во дворец монстров должны были открыться в полночь возле резиденции королей Уайтхолла.

Джоанну смутил этот адрес, потому что здание сгорело дотла триста лет назад.

– Нам нужно просто быть на том месте, – объяснил ей Аарон. – Тяжело запомнить, когда и где что-то находилось. Если монстры говорят: «Ньюгейтская тюрьма», то подразумевают ту территорию, где раньше она располагалась.

Пока заговорщики шагали по проспекту Хорс Гардз, Джоанна чувствовала, как от напряжения перехватывает дыхание. Даже при свете солнца выцветшие и блеклые здания улицы Уайтхолл выглядели похожими на скелеты, теперь же, в сумерках, и вовсе казалось, что ее окружают покойники.