– Два года… – медленно повторила Джоанна, рассматривая глубокий шрам кузины – очевидно, рана оказалась очень серьезной. – Но как…

– Обсудим подробности позднее, – перебила Рут. – А сейчас нам надо уходить.

– Уходить? – переспросила Джоанна, прислушиваясь к шуму нетрезвых голосов на первом этаже. Появилось еще кое-что непривычное в поведении кузины: обычно уверенная в себе, теперь она выглядела настороженной и испуганной, как загнанное животное. – Но куда?

– Туда, где будет меньше посторонних глаз и ушей. Собирай свои вещи.

– У меня их нет, – пробормотала Джоанна, позволяя Рут увлечь себя в коридор.

– А ты остаешься здесь, – сестра перегородила рукой проход, не давая Оливеру последовать за ними.

– Прощай, Хант, – голос Аарона звучал скорее покорно, чем удивленно.

– Но он должен пойти с нами! – Джоанна попыталась оттащить сестру.

– Знаю, вы сбежали вместе, но ты не представляешь себе, на что способны Оливеры, – неодобрительно покачав головой, заявила Рут. – Они не ведают жалости. Этот мальчишка преспокойно скормит тебя волкам, лишь бы получить одобрение семьи.

– Почему тебя так беспокоят посторонние глаза и уши? – поинтересовалась Джоанна, заметив, как настороженно и нервно ведет себя кузина. – Чего ты боишься? – та промолчала. – Если ты считаешь, что в этом месте опасно, то Аарон должен пойти с нами.

Снизу опять донеслись громкие голоса. Рут вздрогнула, повернула голову к лестнице.

Джоанна заметила, что Аарон смотрит на нее с тем же недоуменным и слегка подозрительным выражением лица, как тогда в лабиринте, – будто совершенно ее не понимает.

– Оливер идет с нами, – повторила она.

Рут вздохнула, с явной неохотой кивнула и поманила их обоих за собой, напутствовав напоследок Аарона:

– Учти, я глаз с тебя не спущу.

Снаружи до сих пор шел дождь. Мокрые булыжники мостовой блестели в свете старомодных фонарей. Хотя раньше сырая одежда не доставляла Джоанне неудобств, во время пробежки следом за Рут сначала по одной улице, потом по другой, джинсы начали натирать кожу, а футболка неприятно липла к телу.

Пропетляв несколько минут между зданиями, троица оказалась возле крытого рынка. Джоанна, ожидавшая, что Рут выведет их за территорию района монстров, сильно удивилась. Аарон, видимо, тоже.

– Значит, в гостинице было опасно, а здесь – нет? – презрительно осведомился он.

– И сколько времени ты выживаешь в этом месте? – прошипела Рут, бросив на Оливера неприязненный взгляд. – Если такой умный, то проваливай и заботься о себе сам.

Аарон надменно посмотрел на нее и уже открыл рот, чтобы ответить, но Джоанна решила вмешаться и торопливо обратилась к кузине:

– Я думала, ты переживала насчет лишних ушей и глаз.

– Да, идем, – с вернувшейся настороженностью та снова принялась озираться по сторонам, ускорив шаг. – Сюда.

Они начали взбираться по железной винтовой лестнице. По мере подъема Джоанна то и дело посматривала вниз на рынок. Ночью он выглядел совершенно иначе. Стойки с нарядами отсутствовали, а поверх прилавков с товарами был накинут брезент. Зато появилось еще больше лотков с продуктами. В воздухе витали ароматы лука и сосисок, приправ и свежих пончиков с джемом. Рядом на пластиковых стульях расположились люди, которые ели, пили и разговаривали. Это зрелище напомнило Джоанне о базарчиках в Малайзии.

Рут провела их вдоль широкой галереи с коваными перилами, откуда открывался вид на рынок внизу. На черных прутьях решетки ограждения красовались позолоченные вставки в форме листьев и вьющихся лоз.

– Я и не знал, что здесь, наверху, есть гостиница, – прокомментировал Аарон.

– Ее и нет, – процедила Рут. – Здесь живут владельцы прилавков на рынке. Я нашла одно пустующее помещение.

– Нашла? – переспросил Оливер. – Ты имеешь в виду, незаконно вселилась?

Кузина вытащила из кармана пару отмычек, тремя быстрыми движениями вскрыла замок последней двери на галерее и вытянула руку, насмешливо приглашая парня войти:

– Добро пожаловать, ваше высочество.

– Типичные Ханты, – высокомерно фыркнул Аарон, но все же шагнул внутрь.

Джоанна последовала за ним. В темном помещении она мало что могла разглядеть. Большую часть стены, выходящей на улицу, занимало полукруглое трехстворчатое окно. Витраж, похожий на тот, что был в гостинице, складывался в изображение ворона, восседавшего на дереве без листьев.

Аарон толкнул одну из створок, отчего несколько ветвей будто сломались. Джоанна высунулась наружу, хотя мало что могла рассмотреть из-за дождя и темноты. Гостиница находилась в нескольких улицах от этого места, и ее не было видно отсюда.