Губы Селы скривились в ухмылке, от которой мне захотелось схватить ближайший меч и отсечь ее жестокую голову от шеи. Но это не помогло бы ситуации.

– Primus sanguis будет присуждено победителю дуэли. Как только вызов принят обеими сторонами, дуэль может завершиться, если кто-то сдастся или умрет. В случае смерти победитель получит голову павшего.

Я подумала, сколько же этих голов было установлено как трофеи за прошедшие годы. При этой мысли у меня свело желудок, и я чуть не выблевала свой завтрак.

– И как можно сдаться?
– громко спросила Тея, в ее голосе слышалась паника.

– Никто никогда не сдавался, - пожав плечами, сказал Села.
– Но мы допускаем такую возможность.

Это было не по-вампирски. Не в том случае, когда на карту поставлено так много, а позор поражения был невыносим для любой женщины. Наша гордость была одновременно и нашей величайшей силой, и нашей погибелью. Поэтому Сабина выбрала меня?

Или она считала, что я не подхожу для ее дочери? Аурелия была опытным воином. Большинство других вампиров, выступавших в роли свидетелей, были на много веков старше нас и имели многовековой опыт сражений. У меня было меньше всего шансов на победу, но именно такой выбор причинил бы Камилле больше всего боли.

Но все здесь знали истинную причину, по которой выбрали меня - Сабина предполагала, что ее дочь откажется от вызова. Или я откажусь представлять Сабину. Это был единственный выход из сложившейся ситуации. Это был мой единственный выбор в этом вопросе. Если я скажу «да», Сабина выберет мне оружие, отправит на позицию и будет наблюдать, как я сражаюсь с ее дочерью до смерти.

Но я не хотела отказываться. Я хотел покончить с этим.

– Я буду ее представителем, - тихо сказала я.

В комнате воцарилась тишина, даже Сабина уставилась на меня, ее самообладание рухнуло под тяжестью ее собственного возмущения тем, что я раскрыла ее блеф. На мгновение ее губы приоткрылись, словно она хотела что-то сказать, но затем она сжала их в тонкую линию. Ее ноздри раздувались, когда она отвела взгляд.

– Пощады не будет. Никто не имеет права вмешиваться, - продолжила Села.
– Победительница получит право primus sanguis, когда она потребует голову противника или его гордость.

Я знала, что важнее для большинства вампиров. Но это было другое. Сабина и Камилла были другими. По крайней мере, раньше были. А сейчас? Я не была уверена, что не уйду отсюда без крови на руках.

Села отошла в сторону, махнув рукой в сторону стола с оружием.

– Сабина, как глава дома, ты можешь выбрать себе оружие.

Сабина элегантно кивнула, жестом приглашая меня присоединиться к ней. Вампиры, окружавшие стол, отошли в сторону, давая нам возможность побыть наедине. Мы встретились у каменного стола, заваленного оружием всех видов. Мечи и булавы, кинжалы с украшенными драгоценными камнями рукоятями, однозарядные пистолеты, даже арбалет.

– Что ты делаешь?
– Пальцы Сабины сомкнулись на рубиновой рукояти одного из мечей.

– Ты выбрала меня своим представителем, - напомнил я ей тихим шепотом.
– Чего ты ожидала от меня?

– Откажись, - сказала она мне.
– Дай мне возможность потребовать больше времени, чтобы выбрать кого-то другого и Камилла образумилась.

– Ты правда думаешь, что она это сделает?
– спросила я.
– У тебя тоже есть выбор. Сдайся, скажи ей, где ее дети.

– Зачем мне это делать?

– Потому что ты ее мать.
– Я фыркнула, удивляясь собственной глупости. Я знала, что не стоит ожидать от нее многого. Моя собственная мать никогда бы не сделала того же для меня. Мне действительно нужно было перестать быть такой чертовой оптимисткой.

– Вот этот.
– Она протянула мне короткий меч с отточенным и острым, как бритва, лезвием. Легкий, но смертоносный, его рукоять так идеально ложилась в мою ладонь, как будто его сделали специально для меня. Сабина была воином. Она знала оружие. У меня свело живот. Этот меч был выбран не для того, чтобы проиграть дуэль.

Он был предназначен для победы.

– Значит, пощады не будет?
– Мой голос слегка дрогнул, но я быстро взяла себя в руки. Я не хотела, чтобы она видела мои сомнения.

От ее ответной улыбки по моей спине пробежали мурашки.

– Тебе обязательно спрашивать? Я глава этого дома.

Я сглотнула и заставила себя улыбнуться.

– Хорошо.

Сабина сделала паузу, ее оценивающий взгляд скользнул по мне.

– Значит, ты будешь сражаться до смерти?

Я знала, о чем она спрашивала на самом деле.

– Ты переоцениваешь мои чувства к своей дочери, - сказала я, позволив своей улыбке расплыться еще шире. Она на мгновение застыла.