Ни одно существо не в безопасности. Даже твоя прекрасная пара.

Но Тея была здесь. В безопасности. Цела. Я быстро осмотрел ее, пытаясь найти что-нибудь, что могло бы вызвать беспокойство. Но на ней не было ни царапины. И все же мой пульс учащался по мере приближения. Я не успокоюсь, пока она не окажется в моих руках, пока я не смогу прикоснуться к ней.

Я оторвал от нее взгляд и посмотрел на остальных, едва не остановившись, когда увидел Камиллу. Вся верхняя часть ее тела была залита кровью, и от нее, казалось, исходила нервная энергия. Жаклин расхаживала у камина, каждые несколько секунд бросая взгляд на Камиллу, и отворачивалась, как только моя близняшка ловила ее взгляд.

– Почему моя сестра вся в крови?
– медленно спросил я.

– Почему ты весь в крови?
– Парировала Камилла.

Тея обернулась, и у нее вырвался сдавленный крик, когда она заметила меня. Слезы навернулись на ее глаза и потекли по щекам, когда она окинула меня взглядом, полным абсолютного ужаса. Именно этот взгляд и остановил меня.

– Неважно, - пробормотал я сестре, не отрывая взгляда от Теи.

– Я могу сказать то же самое.
– Но мрачный тон Камиллы и явная боль на лице Теи говорили о другом.

– Чья это кровь?
– спросила Тея, не сделав ни шагу в мою сторону. От усталости у нее под глазами залегли морщинки, и я почувствовал безмолвную мольбу спасти нас от этого разговора.

Я хотел подойти к ней, хотел заключить ее в свои объятия и поцеловать, но Лисандр встал между нами.

– Мы столкнулись с отморозками из Мордикума, - сказал он.

Это привлекло всеобщее внимание, но я пожал плечами. Меня это волновало меньше всего. То, что Тея устала, а Камилла выглядела так, будто она повидала не меньше нас, было гораздо важнее. Моя пара повернулась, ожидая от меня объяснений.

– Не волнуйся об этом.

Но губы Теи задрожали, и она отвернулась. Я не был уверен, ждет ли она объяснений или расстроена тем, что я явился в своем наряде для потасовки в баре.

– Ты?
– Я наклонил голову к сестре.

– Не волнуйся об этом, - с насмешливой улыбкой повторила она.

Но Аурелия выступила вперед.

– Она бросила вызов твоей матери - primus sanguis.

– Ты что?
– Я резко повернулся к Камилле, мой желудок рухнул вниз, как камень.

– И она победила, - продолжила Аурелия. В течение короткой секунды я не мог пошевелиться, не мог думать, пока обрабатывал эту информацию. Если Камилла вызвала нашу мать на дуэль…

Мой мозг отказывался выполнять остальную работу.

– Она мертва?
– спросил Лисандр, в его словах сквозило недоверие.

Это не может быть правдой. Наша мать не могла… Не от рук моей сестры. Камилла ненавидела ее за то, что она сделала, но моя близняшка тоже по-своему любила нашу мать. Так же, как и я. Я сделал один неуверенный шаг вперед, и Тея бросилась ко мне. Возможно, она не так устала, как я думал, и это было облегчением. Особенно с учетом новостей, которые я должен был ей сообщить.

– Она жива, - сказала Аурелия, - но она в бешенстве.

– Но, если она жива… - Лисандр несколько раз моргнул, его замешательство отражало мое собственное. Мы все знали правила поединка primus sanguis. Проиграть можно было двумя способами - умереть или… - Она сдалась?

– С ума сойти, да?
– Камилла грела руки у огня.

– Не могу поверить, что ты заставила нашу мать сдаться, - повторил я.

Она сморщила нос и бросила разочарованный взгляд на Жаклин.

– Это сделала Жаклин.

– Я сделала то, что должна была.
– Жаклин подняла руки, и я почувствовал, что мы ввязались в гораздо более серьезный спор. А нам нужно было уединиться.

– Похоже, вам двоим есть о чем поговорить, - мягко произнес я, потянувшись к руке Теи. Я сдержал стон облегчения, когда моя кожа встретилась с ее. Я не знал, почему она сняла перчатки, но был рад этому.
– Мне нужно переодеться.

Я осторожно потянул Тею за руку в сторону наших покоев.

– Нам нужно поговорить, - позвал нас Лисандр.
– Разве это не может подождать?

– Нет, - крикнул я в ответ.

Несмотря на раздражение, Тея хихикала, пока мы бежали к нашим комнатам. Как только мы оказались внутри, я закинул ее на плечо и закрыл за нами дверь.

– Куда ты меня несешь?
– спросила она, пытаясь вырваться.

Я крепко держал ее.

– В постель.

Она мгновенно перестала сопротивляться. По крайней мере, в этом мы были согласны. Она ничего не сказала, пока я продолжал идти в том же направлении, но когда мы дошли до спальни, в моей голове раздался ее голос.