Через час бар был мертв вместе с некоторыми из его посетителей. Те существа, которых Мэгги не выгнала, ушли по собственной воле. Я уселся на потертый барный стул и закатал рукава, чтобы не было видно пятен крови.

Мэгги облокотилась на барную стойку и выгнула бровь.

– Я вижу, ты снова в игре, il flagello.

– Да.
– Я старался скрыть свое отвращение. Какой смысл бороться с этим? Я вернулся к своей прежней жизни, чтобы спасти Тею. Мне придется остаться, чтобы защищать ее теперь, когда она стала королевой.

– Ты вырвал его сердце.
– Не сводя с меня глаз, она налила водки на два пальца и опрокинула в себя.
– Это может привести к неприятностям.

– Разве не это случается всегда, когда мы появляемся?
– спросил Лисандр, опускаясь на табурет рядом со мной.

– Тогда, может мне стоит потребовать, чтобы вы больше не приходили, - сказала она категорично, но в ее глазах появился блеск, которого не было, когда мы только пришли.

– Он был из Мордикума. Большинство вампиров в баре были из них.
– Я провел рукой по волосам и вздохнул.
– Мэгги, что ты знаешь об этой группе?

– Больше, чем мне хотелось бы.
– Она снова подняла бутылку и налила еще одну порцию. Ее рука слегка дрожала, пока она пила.
– Они появились в конце восьмидесятых. Сначала это были просто бунтующие панки, которым не нравились правила Совета. А теперь, полагаю, ты знаешь, кто они такие.

– Террористы. Убийцы.

– А ты нет?
– холодно заметила она.
– Ты просто зашел в мой бар и устроил драку, которая закончилась смертью. Чем ты лучше их?

– Она верно подметила, - пробормотал Лисандр.

Я проигнорировал его.

– Я сражаюсь за кое-кого - кое-кого невинного.

– Дай угадаю.
– Она закатила свои темные глаза.
– Ты сражаешься за свою пару. Мужчины такие предсказуемые.

– Ты не одобряешь.
– Это меня не удивило.

– Женщины могут сражаться сами. Если только твоя пара не слишком высокомерная, чтобы испачкать руки в крови.
– Она подняла бутылку водки и налила еще одну порцию, но нам не предложила.

– Нет, - прорычал я.

– Тогда почему ты делаешь это для нее?

Я сжал челюсти, чтобы не зарычать.

– Потому что ее здесь нет.

– Она может действовать самостоятельно?
– Она пожала плечами и взяла свою рюмку.
– Может, в конце концов, она мне понравится.

– Тебе понравится.
– Лисандр улыбнулся, его глаза загорелись, когда он заговорил о ней. Я тихо зарычал, и он отстранился, подняв руки.
– Что? Мне нравится Тея.

– Это инстинкт, - сказал я сквозь стиснутые зубы.
– Его нелегко контролировать.

– Попробуй, - сказала Мэгги с фальшивой любезностью, - пока ты снова не разгромил бар.

– А что насчет тебя?
– Парировал Лисандр.
– Почему Мордикум здесь ошивается?

Это был вопрос, который я не хотел задавать ей, потому что боялся ответа. Она секунду изучала меня, словно догадываясь, о чем я думаю. Наконец она облокотилась на барную стойку.

– Они повсюду. Вы, богатые мальчики, слишком заняты своими балами и оргиями, чтобы понять, каково нам, представителям низших классов. Совету все равно, что мы говорим. Как только кто-то переступает черту, его наказывают, если повезет. Если нет - казнят. От нас ожидают, что мы будем жить по тем же правилам, не имея права голоса.

– Звучит так, будто ты им сочувствуешь, - тихо сказал я.

– Я понимаю их так же, как и тебя, но я не принимаю ничью сторону. Этот бар - нейтральная зона.
– Она обвела глазами разгромленное помещение.
– Или была, пока не появился ты. Чистокровные сюда не заходят. Совет и эти богатые засранцы не беспокоятся о нас, если только не хотят доставить неприятности.

– Мы богатые засранцы, - напомнил я ей.

Она не стала отрицать этого, встретившись со мной взглядом.

– И ты создал проблемы. Какой сюрприз. Ты - отражение Совета. Ты такой же плохой, как и они.

– Я в это не верю.
– Я хлопнул кулаком по стойке, отчего стаканы задрожали.
– И ты тоже.

Мэгги, которую я помнил, так бы не считала, но со временем мнение может измениться.

Она вытерла стойку тряпкой, убирая брызги крови.

– Если бы ты был рядом, ты бы знал. Все изменилось.

Это действительно было так.

– Насколько?

– Сначала ты разгромил мой бар, а теперь допрашиваешь меня?

– Не будем ссориться с другом, - пробормотал Лисандр.

Мои глаза встретились с глазами Мэгги, и в них отразился тот же вопрос, который я задавал себе. Остались ли мы друзьями?