— Нет, — она сбросила одеяло с ног и поднялась с кровати.

Да, и ты это знаешь.

— Прекрати. Нет… У меня не будет детей-пауков.

Ахмья была вынуждена признать, что эта мысль повергла ее в оцепенение. Она всегда боялась пауков, и ее до сих пор пугали все без исключения насекомые и паукообразные. Хотя вриксы определенно не были пауками, она не могла игнорировать тот факт, что у них было много, очень много паукообразных черт. Со временем ей стало комфортно рядом с ними, но заниматься сексом с одним из них?

Ты имеешь в виду заниматься сексом с Рекошем?

Она уставилась в пространство, обращаясь к голосу в своей голове.

— Хватит, ни слова больше.

Ты знаешь, что тебе любопытно. Тебе любопытно с тех пор, как ты услышала, как Кетан и Айви спариваются. Все эти радостные крики Айви, гортанные стоны и рычание Кетана…

— Фу. Заткнись, — она потрясла головой, как будто это могло заставить замолчать надоедливый внутренний голос и звуки, которые так прочно засели в ее памяти.

Сорвав пару зеленых зазубренных листиков с хал'кейшаля — пряного цветка, растущего в глиняном горшочке на столе, она отправила их в рот. Похожий на корицу вкус листьев пробежал по языку, пока она сердито жевала. Текстура, хотя и не совсем приятная, хорошо подходила для чистки зубов.

— Нет ничего плохого в том, чтобы быть немного любопытной, — пробормотала она.

Она была девственницей, но не невеждой. Ахмья знала, что происходит, когда люди занимаются сексом, знала, что это может быть приятно — хотя она никогда не пробовала ничего, кроме самоудовлетворения. И учитывая, что Коул был единственным доступным человеком мужского пола…

Ахмья выпрямилась, одергивая подол шелковой юбки.

— Нет. Просто… нет.

Коул был красив, и он сильно изменился за то время, что она знала его, став ей настоящим другом с тех пор, как они покинули «Сомниум» три месяца назад. В глубине души он был вдумчивым и надежным. Но он просто был не в ее вкусе, и она не чувствовала к нему влечения. Единственными другими одинокими людьми были Келли и Лейси. Они обе были великолепны, но Ахмья не интересовалась ни одной из них в сексуальном плане.

Это оставляло ей два выбора — умереть девственницей или спариться с вриксом.

Ты точно знаешь, с каким вриксом.

Она застонала и потерла лицо руками.

— Почему я думаю обо всем этом сейчас?

Потому что Рекош вернулся, и ты знаешь правду.

Ахмья сорвала розовый цветок пряного растения.

— Этот разговор закончен.

Она направилась к двери, но тут же резко остановилась. Голова откинулась назад, когда Ахмья уставилась в потолок.

— Я провожу слишком много времени наедине со своими мыслями.

И разве не так было всегда? Когда она еще жила с отцом, то часами сидела в своей комнате за домашним заданием, прерываемая только молчаливыми, душными семейными трапезами. Она жила одна, когда наконец съехала, и хотя Ахмья знала, что здесь все не так, иногда ощущалось то же самое одиночество.

Особенно в те первые дни после ухода Рекоша месяц назад.

У вриксов было превосходное обоняние, и они, по-видимому, реагировали… возбужденно на овуляцию у людей. Айви объяснила это Ахмье, Лейси и Келли. Это похоже на феромоны самок вриксов, только сильнее.

Итак, когда у Ахмьи впервые после пробуждения произошла овуляция, она была вынуждена провести несколько дней взаперти в своем маленьком логове, избегая контактов с вриксами. Она могла только представить, что было бы, окажись Рекош рядом, когда самец Тернового Черепа учуял ее в это время.

Мир между кланом Рекоша и Терновыми Черепами мог оказаться под угрозой.

Сказать, что это был тревожный опыт, было бы преуменьшением, но хуже всего была тишина. Несмотря на то, что она все еще видела Лейси, Келли и других людей каждый день, чего-то не хватало. Чего-то, что стало такой естественной частью ее дней, такой естественной частью ее жизни.

Не что-то. Кто-то.

Не смей, Ахмья. Не смей признаваться в том, что ты скучала по Рекошу… Что без него было слишком тихо. Что…

— Ладно, пора идти!

Подойдя к двери, она натянула ботинки, закинула рюкзак за плечи и, откинув шелковую занавеску, вышла наружу. Яркие лучи солнечного света пробивались сквозь навес над головой, отбрасывая танцующие тени на листья и ветви, колышущиеся на ветру. Она прошла по платформе к лестнице вниз. Не было никаких признаков Келли или Лейси. В такую рань они либо спали, либо завтракали в общем месте. Коул всегда вставал с рассветом, и либо занимался одним из своих многочисленных проектов, либо присоединялся к охоте Терновых Черепов.