«Что ж, — подумал Климук, выходя из ванной комнаты, — похоже, и вторая часть сегодняшних забот завершилась достаточно успешно. Пока мне удается не вызывать подозрений… Осталось выяснить: как звать сестренку и где остальная семья? Но с этим можно и не спешить. Глядишь, как-нибудь само образуется».

Треволнения минувшего дня, горячая ванна и сытный ужин привели к тому, что тело налилось сладкой истомой, глаза начали слипаться, и как Вест не пытался поддерживать канву разговора, без устали стрекочущей сестренки, усталость и сон все сильнее укутывали его разум толстым слоем войлока. Невидимого, но от этого не менее плотного.

— Не мучай себя, иди спать, — улыбнулась мягко девушка. — А то сейчас в тарелку нырнешь. Завтра обо всем договорим…

Климук буркнул что-то невыразительное и честно попытался встать, но ноги почему-то сделались совершенно непослушными, и он тяжело бухнулся обратно в кресло.

Глядя на это, рыжеволосая сестренка рассмеялась так весело, будто и не было ни слез, ни проблем. Потом взяла брата под руку и потащила на себя.

— Давай помогу, а то тебя совсем разморило, братец.

Вест не стал возражать, потому что мнимая слабость в коленях возникла из-за того, что он понятия не имел, где в доме расположена его спальня. Вот и схитрил, чтобы позволить отвести себя наверх.

Но притворство было напускным лишь отчасти. Потому что усталость и в самом деле брала свое. И последнее, что зафиксировал взгляд разведчика, уже уложенного в кровать и укутанного мягким одеялом, прежде чем нырнуть в глубокий сон, — две фотографии. На тумбочке около кровати — на фоне дома юноша и девушка, с подписью «Уна и Вилли, 1019», а на стене — портреты старшей пары, с траурными ленточками в уголках рам.

Если честно, вся эта затея с самого начала изрядно попахивала авантюрой. Взять, к примеру, любого разведчика из древних исторических сериалов. Как долго хватило бы ему врожденной изворотливости, чтобы не попасться, если бы для внедрения в чужую страну его готовили по информации, взятой исключительно из фильмов? Пусть даже вражеского производства. А Вест оказался почти в такой же ситуации. Поскольку гриф «Секретно» в империи эннэми распространялся на все без исключения. Кроме мыльных опер фэнтезийного и фантастического содержания.

В общем, тот еще источник и с соответствующей степенью достоверности…

Но даже основываясь на нем, одно не подлежало сомнению: беллонцы люто ненавидели имперцев!

Даже в отношении разнообразных монстров, которыми изобиловали НФ-сериалы, жители Беллоны выказывали гораздо больше милосердия, чем к двуногим злобным уродцам, что словно в насмешку походили на людей. Этих следовало уничтожать, не вступая ни в какие контакты. А те мерзости, которые имперцы творили с захваченными в плен беллонцами, хоть военными, хоть гражданскими, могли прийти в голову только безнадежно больному садисту, причем в последней стадии умопомрачения.

Одним словом, не подлежало сомнению, что культура эннэми выстроена на ненависти и страхе перед Ирием. Оставалось понять, когда это произошло. А также, почему в Империи о существовании Беллоны никто даже не слышал?

Та еще задача.

Но, даже при столь скудной и почти эфемерной подготовке, шанс на успех дела у мичмана Климука был. И совсем не призрачный. Поскольку разведчику не вменялось пробраться в Генеральный Штаб или Ставку, завербовать лицо приближенное к кругам высшего командования и правительства, а надо было просто побыть какое-то время среди беллонцев. Пожить их жизнью, приглядеться… А для этого, опять-таки держась заднего плана и не влезая на рампу, умений выпускнику Оджака хватало. Ну и плюс еще парочка последних разработок в пластической хирургии и других отраслях научной и технической мысли.

Проснулся Вест как обычно рывком. Еще мгновение назад он крепко спал и просматривал сны, а вот уже готов хоть к нападению, хоть к тактическому отступлению на заранее разведанные позиции. Вот только сражаться мичману оказалось не с кем. Если только не назначить «приемную» сестричку Уну на роль вероятного противника, а большую чашку, испускающую умопомрачительный аромат кофе, не считать оружием массового и индивидуального поражения.

— С добрым утром, братец, — улыбнулась девушка совершенно по-домашнему и чуточку насмешливо. — Как себя чувствуешь?

— Здравствуй, Рыжик… — ответил Вест и сделал неуклюжую попытку польстить. — Даже самое ненастное и паршивое пробуждение, превращается в прекрасное утро, когда человека будят таким приятным образом.

— Что-то ты сегодня слишком велеречив, Вилли? — отмахнулась Уна, но тем не менее, реснички ее удивленно затрепетали. — Не заболел, случайно?

— Кажется, нет, а надо?

— Я тебе покажу — «надо»! — сестра тут же насупила брови. — Ты забыл, какой сегодня день?

— Напомни, — будто в шутку попросил Вест. — Так оно верней будет. Мало ли?

— Так я и знала! — еще больше посуровела Уна. — И кто из нас двоих старше? Непутевый… Тебя ровно в десять ждут в банке. Осталось подписать окончательный вариант, подготовленного их юристами, договора и мы — спасены. Полученный кредит даст шанс рассчитаться с долгами и встать на ноги, не продавая лавки и дома. Конечно, впереди много трудностей, но это вполне преодолимые проблемы, и зависят от нашей расторопности и желания выстоять! — сестричка произнесла эту речь на одном дыхании, будто перед этим долго заучивала ее наизусть.