— На ощупь довольно приятная, — пробормотал он и поднес котенка к самому лицу. — Смотри, какие глазищи, оранжевые… — Роджер подумал и прижался к теплому боку кошечки щекой, но тут же отдернул голову и удивленно сказал:

— Слушай, Том, что это с ней?

— А что такое? — забеспокоился Том, забирая котенка у Роджера. Тот ответил:

— Дышит как-то странно. Хрипит вроде. И дрожит… Вот сволочи, они мне больного зверя продали! — возмущенно воскликнул он.

Том приложил ухо к мягкому пушистому шарику и вдруг расхохотался так, что чуть не выронил котенка. Роджер посмотрел на него недоуменно и даже слегка обиженно.

— Ты что, никогда не слышал, как кошки мурлычут? — еле выговорил наконец Том.

— Да я кошку сегодня в первый раз в жизни в руки взял! — пожал плечами Роджер. — А что это значит?

— Это значит, что ты ей понравился, — все еще трясясь от смеха, сказал Том.

— Серьезно? Ну-ка, дай ее сюда, — заинтересовался Роджер и снова взял кошечку на руки.

— Почеши ее за ушком или по шейке и послушай, — посоветовал Том.

Роджер, решительно настроенный досконально изучить устройство странного животного, сел на диван с котенком на руках и начал его гладить и почесывать, внимательно прислушиваясь. Том сел рядом и стал наблюдать. Через некоторое время Роджер поднял на Тома глаза и сказал:

— Здорово!

Том рассмеялся.

— Я так и знал, что тебе она тоже понравится. Дай ей погулять по квартире, пусть освоится.

Роджер опустил котенка на пол, и тот стал разгуливать по комнате, обнюхивая мебель, а Том пошел в прихожую разбирать мешки и устраивать кошечке туалет и столовую. Вернувшись, он увидел следующую картину: котенок, свернувшись клубком, безмятежно спал на ковре возле кресла, а Роджер лежал рядом на животе и как завороженный разглядывал его, изредка касаясь пальцем гладкой нежной шерстки.

Кошечка, которую Том, чтобы долго не ломать голову, назвал Китти [7], освоилась моментально, оккупировала территорию и стала единовластной хозяйкой в доме. Роджер постоянно натыкался на нее во всех мыслимых и немыслимых местах. Китти превратила всю квартиру в свою игровую площадку, точила когти обо все, что ей под них попадалось, а по утрам не давала Роджеру уйти на работу, вцепляясь в шнурки и с упоением жуя их. Роджер терпеливо отдирал ее от своих ботинок и сажал к Тому на подушку, а несколько минут спустя Китти, подкараулив его в прихожей, с тигриной грацией атаковала его ноги.

Кошечка не переставала удивлять Роджера своей гибкостью и прыгучестью, а также привычкой постоянно умываться языком и спать по двадцать часов в сутки. Со временем, как все люди, которым приходится делить жилье с котенком, Роджер поддался необъяснимому очарованию кошек. Он очень привязался к Китти и мужественно терпел все ее выходки. Том же просто души не чаял в кошечке; его все в ней умиляло. Поэтому он приходил в неистовый восторг, глядя, как этот невинный ангелочек, только что учинивший в прихожей жестокую расправу над новыми шнурками на многострадальных ботинках Роджера, подбирается к их владельцу сзади, карабкается ему на плечо, цепляясь всеми когтями за одежду и кожу, и начинает нежно тереться о его щеку и мурлыкать, требуя ласки.

Любимой забавой Китти было засесть ночью на шкафу в спальне и с присущей всем кошкам игривостью кинуться Роджеру на спину в самый ответственный момент. У Тома такие игры вызывали приступы безудержного смеха. Роджер обижался на них обоих и говорил, что от таких шуток он однажды станет импотентом, и тогда Тому уже не будет так весело. В ответ Том разражался еще более громким хохотом. Роджер махал рукой, спихивал Китти с кровати и продолжал начатое.

Однажды вечером, глядя, как Роджер в очередной раз извлекает кошечку из глубин шкафа и осторожно освобождает из цепких когтей свой носок, Том улыбнулся и сказал:

— Род, ты не представляешь себе, как я ценю твою самоотверженность.

— Глупости, — ответил Роджер. — Я тоже люблю эту террористку. У нее оригинальное чувство юмора.

Он осмотрел останки бывшего носка и пошел хоронить их в мусорном ведре на кухне. Вернувшись, он сел на диван и поманил Тома к себе. Тот подошел и лег, положив голову Роджеру на колени; Китти тут же вспрыгнула ему на живот и, как выражался Роджер, «включила моторчик». Роджер погладил Тома по щеке, осторожно потер шелковистое ушко Китти и задумчиво сказал:

— Знаешь, ради тебя я готов терпеть в квартире даже стадо крокодилов.

*

Поздним вечером Роджер отвез очередную группу туристов в гостиницу, припарковал автобус в автопарке фирмы и позвонил Тому, чтобы сообщить, что идет домой. Том сказал, что чувствует себя неважно и собирается лечь спать, и попросил Роджера зайти в зоомагазин и купить Китти корма.

Зоомагазин находился довольно далеко и, когда Роджер до него добрался, был уже закрыт. Не особенно огорчившись, и без того уставший Роджер побрел обратно.