– Сделку? – прошептал он, почти касаясь моих губ своими: – Что еще ты можешь мне предложить, глупая?

И, едва я успела опомниться, коснулся прохладными губами моих губ. Насмерть. Так, что я перестала дышать.

Со всего маху – от души – залепила ему пощечину, и сама завыла от боли. И расплакалась, испугавшись, потому что он обхватил меня руками и плотно прижал к себе.

– Ты что делаешь, девчонка? – Акар попытался снова поцеловать, но я замотала головой и забилась в его руках. – Что ты дергаешься? – попытался перехватить мой взгляд: – Так уж тебе есть разница, девка? С этим твоим драгмнацем иначе? Я что-то делаю не так?… Как с вами нужно, человеческие девы?

Он был так взвинчен моей истерикой, что от удивления я сразу затихла.

И Акар тоже унялся – только взгляд его сиял безумным черным огнем.

Чудовище.

Хуже всех, кого я знала.

Встретив такого, можно возненавидеть всех мужчин разом. Но ведь Ха-шиир не такой, даже близко не такой. И даже Дерион – мимо.

– Отпусти меня домой, – попросила я: – Ты обещал не трогать! Огонь скоро потухнет…

– Будет гореть до самого утра, – недовольно прорычал Акар, грубо спихнул меня на землю и поднялся.

Я шмыгнула носом, понимая, что устала, опустошена и страшно проголодалась.

– Я хочу есть, – сказала с укором. – Мне нужна еда. И тепло. Позволь мне вернуться в замок.

– Ты могла выбрать бессмертие, – бросил на меня хмурый взгляд Акар. – Могла иметь все, что пожелаешь… Ты бы забыла о боли. Но ты хочешь страдать. Отлично. Я устрою тебе это.

Он поднял с земли и надел перчатку, сжал пальцы в кулак. Прошел мимо, вынимая меч из земли – пламя тотчас потухло. Акар убрал оружие в ножны и посмотрел на меня.

– Когда придет срок, кто-то из вас должен быть мертв, девка, иначе умрете оба. Как думаешь, кто это будет?

– Не знаю.

– Еще раз, – зарычал он. – Когда часы на башне пробьют последний раз, кто из вас умрет, учитывая, что у меня тысячу лет не было женщины?

Я отвернулась, уязвленная его словами.

– Как ты думаешь, – он схватил меня за подбородок и развернул к себе мое лицо: – я позволю тебе умереть?

– Не знаю.

– Как думаешь, я заберу тебя у Борогана, Дериона и твоего драгманца, учитывая, что я почти неуязвим? – продолжил Акар, удерживая меня.

– Не знаю.

– Знаешь, проклятье. Ты знаешь.

– Нет, – совсем тихо.

– Сегодня я дал слово Борогану, чтобы сохранить твою жизнь, и я сдержу его. Но настанет новый день, дева, и я приду за тобой. И это ты тоже знаешь.

Я взглянула в его глаза, найдя там решимость добиться своего любой ценой. Он сделает это, о боги, сделает!

Мужчина поднял мою шапку и бросил мне в руки. Я растерянно натянула ее на голову и плотнее закуталась в куртку.

Без огня снова ударил и завыл ветер.

– Пошли, – Акар двинулся в ночь, приподнимая меня за шиворот и ставя на ноги. – Шаг в шаг, глупая, не отставай.

Возмущаться его грубости не было смысла, я была в полной его власти и могла лишь копить обиду, надеясь, что когда-нибудь, изолью ее сполна.

Снова взвилась метель, еще сильнее прежнего: ветер сносил с ног, снег ослеплял. И во всем этом безобразии, где-то издали замерцал свет. О, святой Тангор, мы возвращались в замок! Свет становился все ярче, пока я не увидела силуэт – сквозь пургу шел Ха-шиир.

Акар тоже увидел его, но шаг не замедлил.

Мы двигались навстречу другу друг: терпеливо, напряженно и неотвратимо, как две планеты, которым суждено столкнуться.

– Тея! – услышала я рев драгманца.

– Ха-шиир, – прошептала я, неосознанно дернувшись в его сторону.

– Уссаться от радости, – мрачно выдал Акар и предупредил: – Не торопись, – и было в этом столько неприкрытой угрозы, что я всерьез обеспокоилась.

– Пожалуйста, не трогай его, ведь я пошла с тобой добровольно. Мы договаривались! – потребовала я у Акара, но он ничего не ответил.

Когда мы оказались друг напротив друга, Ха-шиир выхватил топор и крикнул:

– Ко мне, Тея!

Лицо его было напряженным и хищным. Ослушаться мог только безумец, но изучив Акара – этого ледяного монстра – я вопросительно взглянула на него, безмолвно спрашивая разрешения.

– Ну давай. Беги, – хозяин гор усмехнулся: – Тея.

Я медленно двинулась к Ха-шииру и спряталась ему за спину. Выдохнула, но, странным образом, в безопасности себя не почувствовала.

– Он не обидел тебя? – голос драгманца был переполнен яростью, а во взгляде считывалось безумие.