А теперь…

Теперь его дом мог быть в любом месте, главное чтобы там зеленые глаза ловили солнечные блики, огненные волосы обжигали кожу, а голова кружилась от аромата весенних цветов, распустившихся у реки.

— Ой! — воскликнула Тесс и попыталась ухватить шляпку, сорванную особо игривым порывом ветра.

Она не успела. И шляпка понеслась вниз, под холм, пролетая над другими автомобилями, муравьями роящимися по серпантину.

Арди улыбнулся и протянул руку. Он услышал имя. В криках птиц, бегущих по невидимым тропам, в шелесте платьев, в том, как где-то впереди, за несколько километров, шлепнулось растаявшее мороженное прямо на голову маленького пса и как гулко, утробно загудел отчаливавший пароход, увозящий людей и Первородных куда-то в то место, где океан обнимался с лазурным небом.

Арди произнес осколок этого имени и шляпка, закружив среди реющих на свободе птиц, вернулась обратно и опустилась прямо на голову Тесс.

— Спасибо, — одними губами произнесла та и украдкой, дабы не нарушать правила приличия, клюнула его в щеку.

Борис все рассказывал что-то о грядущих отборочных в Студенческую лигу Магического Бокса. Те начнутся летом, аккурат вместе с отборочными Спонсорской лиги и, видимо, Борис не успеет зажечь вторую звезду до этого момента, но попытается попасть в «тренировочный дивизион». Что это такое Арди не знал, но звучало примерно так же бессмысленно и не интересно, как сам вид спорта — Магический бокс.

Глупость какая-то… как-будто жителям не хватало бесконечных войн и они готовы платить безумные деньги, чтобы воочию увидеть, как магию, под овации и свист, на громадных аренах превращают в оружие.

Жаль, что несмотря на все это, Арди, все же, придется в следующем учебном году приобщиться к данному недоразумению — Магическому боксу.

Последние события, особенно битва с Дартоном в «Брюсе» лучшим образом, максимально наглядно продемонстрировали правоту Аверского. И, как бы Арди не желал обратного, но ему придется научиться чему-то новому…

Опять вспомнился тот разговор с Атта’нха.

Удивительно, как раньше он не мог понять, что именно ему говорит волчица, а теперь…

Теперь в зеркале заднего вида отражались глаза Елены, от взгляда которой не ускользнул эпизод с шляпой.

Арди не сомневался, что рано или поздно (если не «уже») Елена Промыслова догадается, что её друг и верный собеседник, с которым она часами обсуждала принципы и нюансы Звездной Магии обладает знаниями Эан’Хане, но… пока они все дружно, смеясь, шутя и что-то задорно обсуждая, ехали по серпантину, спускаясь к Ласточкиной набережной.

Они условились провести день на совместной прогулке, а вечером посетить фестиваль Ласточек. Тот ежегодно устраивали в конце весны на берегу океана. Жители столицы уже даже и не помнили почему. Они просто радовались теплой погоде; тому, что солнце, наконец, правило бал в прежде хмурой, но нынче расцветшей Метрополии; а еще танцевали, пили легкое вино, общались с иностранцами, слушали уличных музыкантов, заказывали портреты у художников и приобщались к кухням со всех уголков планеты.

Фестиваль Ласточек, по сути, день, когда набережная океана становилась чем-то вроде квинтэссенции Бальеро, но только более трезвой и культурной.

Это если верить словам Бориса, Елены и Тесс.

Они съехали с холма и, прокатившись между жилыми домами, вырулили на набережную. Арди, запрокинув голову, со вздохами восхищения и удивления (сопровождаемые необидными смешками друзей) смотрел на корабли. Одно дело видеть стальные громады издалека, а другое — так близко, что, глядишь, руку протяни и дотронешься. Палубы вздымались выше, чем большинство домов в Центральном районе, а трубы скорее напоминали уменьшенные копии небоскребов. Швартовые канаты (Арди не знал, как те правильно называть) толщиной с не самую худую лошадь, а якоря больше, чем иные грузовики.

Целые железные города, держащиеся на воде благодаря… воздуху.

И это всего за семьдесят лет с момента появления парового котла и первых железнодорожных линий, соединивших материк. А теперь, вот, они ехали в гудящем, вибрирующем механизме, заменявшим им лошадь; ехали вдоль громад, покорявших водные просторы, недоступные даже Эан’Хане, а совсем скоро в небо поднимутся дирижабли. И, как пелось в сказании о Маренире, « последний рубеж подчиниться мечтам человека и мир окончательно падет ниц перед людьми»..

И от этого всего веяло… тоской. Но не горькой. А с привкусом сладкого…

Они выехали на проспект Моряков и, вскоре, остановились около небольшого кафе. Арди не успел разглядеть название, как они с Борисом уже оказались вдвоем за столиком. В хорошую погоду кафе старались обустроить места на свежем воздухе и сегодняший день не стал исключением.

Тесс и Елена удалились внутрь кафе, чтобы сделать заказ и то… ради чего, женщины, порой удалялись из общества мужчин. И, как и для прочих представителей своего племени, Ардан не знал для чего именно. Да и, собственно, не стремился.