Она больше никогда не откроет её.

Лили вышла на улицу.

Воздух Владивостока был прохладным и свежим. Не таким, как на Инглизе, но всё же родным.

Она остановилась на площади и подняла голову.

Перед ней разворачивался город, мерцающий в свете ночных огней. Голографические экраны сменяли друг друга, переливаясь цветами и прожигая неоновые тени на мокром асфальте.

И тут она увидела его.

На высоких зданиях сияли голографические постеры. Рикард Хартен.

Его суровое лицо, скрытое тенью шляпы. Его взгляд, пронзающий будущее. Его имя, написанное большими буквами.

Герой, который спас Землю.

Лили смотрела на изображение и молча сжимала кулаки.

Она сделала правильный выбор.

Она рассказала человечеству о нём. О том, кто спас их всех ценой своей жизни. И теперь каждый знал его имя.

Лили медленно шла по улицам Владивостока будущего. Она наконец оказалась на Земле.

Но радости не было.

Она мечтала о Земле. Представляла её тысячами образов. Воображала воздух, наполненный ароматом дождя и зеленью лесов, шум ветра в горах, сверкающие реки и бесконечные океаны. Она думала, что, оказавшись здесь, почувствует себя дома.

Но этого не случилось.

Она шагала по улицам, осматривая здания с голографическими вывесками, шумные кафе, сверкающие экраны, где люди рекламировали новый уровень жизни.

Серость.

Она не могла понять, было ли дело в самом городе или в её пустоте внутри.

Люди ходили вокруг, смеялись, разговаривали, жили. Но это были чужие люди.

Земля оказалась не такой, как она мечтала.

Или, возможно, она просто потеряла всех, с кем могла бы её разделить.

Она смотрела, как неоновые огни отражаются в лужах, как автомобили скользят по улицам, оставляя за собой световые полосы.

Она шла вперёд.

Проходила мимо продавцов, которые зазывали покупателей.

Мимо уличных музыкантов, чей звук был далёким, словно из другой жизни.

Мимо пар, гуляющих под ночным небом, и групп друзей, смеющихся над чем-то незначительным, но тёплым.

И вот она остановилась.

Перед ней возвышался храм её прошлого, только на другой планете.

«Дар Дракона».

Те же ворота, которые она когда-то прошла, ещё будучи ребёнком. Те же тихие стены, скрытые от городской суеты.

Лили сделала шаг вперёд.

Она вернулась.

***

Теперь Рикард знал, что он находится где-то в другом мире, где-то в другой вселенной. Вселенной без жизни, наполненной жизнью, что его вполне устраивало.

И он знал, что сможет переписать историю так, как ему захочется.

Он снова шел по улицам Брагара в тот день, когда все начиналось. Его шляпа закрывала глаза, он наблюдал.

И вскоре он увидел самого себя, среди городской суеты, идущего по улице. Мимо него проскользнула темная фигура лотака. Он снова посмотрел на самого себя.

Тот Рикард заметил его. Ту же самую фигуру, похожую на него самого. Он вышел из тени и промелькнул среди толпы.

«Тот самый детектив…» — подумал он.

Настало время рассказать все как есть. Тот Рикард узнает правду.

И когда он подошел поближе, детектив сказал:

— Нам нужно поговорить.

Но тот Рикард не успел ответить. Звук мощного взрыва сотряс город и детектив исчез.

Рикард открыл глаза. Кажется, все это было сном.

Он шагал по парку Владивостока.

Он был жив.

Эта мысль не укладывалась в сознании. Всё, что он пережил, все бури, кровь, взрывы, — всё это должно было оставить его там, среди развалин, среди звёзд, среди пепла. Но он здесь.

С каждым шагом он ощущал твёрдую землю под ногами. Вдыхал влажный морской воздух, наполненный ароматом сосен и соли. Тёплые солнечные лучи пробивались сквозь густую листву, мягко касаясь его лица.

Он был жив.

Рикард огляделся. Люди гуляли по дорожкам, кто-то читал на скамейке, дети смеялись, играя с питомцами, старики неторопливо обсуждали что-то, покачивая головами.

Земля.

Настоящая, живая.

Здесь не было ни войн, ни террора, ни протонного испепелителя.

Здесь не было Инглизы.

Здесь не было Клариона.

Не было предательства, боли, мрака.

Только жизнь.

Рикард остановился у небольшого фонтана. Вода стекала с мраморных ступеней, мерцающими потоками переливаясь в лучах искусственного солнца.

Он закрыл глаза.

Спокойствие.

Ни тревоги, ни гнева, ни страха. Только бесконечная, незнакомая тишина внутри.