— Пусть Триединый будет милостив к тебе и твоим лошадкам, волче! — пожелал я ему в след.

— И тебе пережить эту ночь человек, пусть Волчий Всеотец укроет тебя от злых глаз. — обернулся ко мне возница.

Всё понятно местные не очень Ликанов жалуют, и их можно понять всё налажено, работает мужик - бочки возит, на кусок хлеба зарабатывает, и тут Одноцветным вожжа под хвост попала, будут носиться по городу, опьянённые кровью и вседозволенностью, просто походя вспорют брюхо лошадкам или самого порвут, ну кому эта радость нужна.

Оба воротины уже закрыты, мужики милиционеры и пара эльфов клерков, что не постеснялись помочь человекам, тащить тяжёлые створки быстрым шагом вернулись в башню, улица на всю длину опустела всё живое попряталось по проулкам.

Мы столпились возле башни что делать дальше, было решительно не ясно. Мне не ясно, но эльфы, кажется, имели свои протоколы на этот случай, и пообщавшись с подошедшим Семёнычем старший из эльфийской четвёрки пошёл докладываться по телефону, я стоял достаточно близко, и тихонько прислушивался, но увы и ах! Ничего не разобрал.

Мне показалось, что они говорили на языке Дроу. Язык тёмных эльфов популярен среди магов, я сам его много раз слышал во время обучения в школе, у меня были преподавателем в том числе тёмный эльф, как поговаривала прислуга, он лет двадцать живёт в тех краях, после того как в своём мире напортачил с магией, и несколько местных погибло.

Не понимаю толком, язык тёмных. В Альянсе стандартный язык Светлоэльфский, вот его мне и вложили.

После непродолжительного разговора, который мне совсем ничего не дал в понимании ситуации, этот эльф вышел на крыльцо, судя по тому, что все разом притихли, он здесь главный.

Главный заговорил на прекрасном литературном русском языке, явно видно, который учил не только магией, но и много тренировал чтением классики и общаясь с русскими человеками.

— Слухи о мятеже не подтвердились, при обходе подозрительных сборищ иностранцев на наряд напали Волки-Ликаны, в количестве трёх волков. У Орденс Милитариес потери три человека. Глава города вместе с конной стражей Храма и егерями выдвигается из цитадели. Через минут двадцать – пол часа, будет здесь. приказ Стражи задержать волков любой ценной.

— Рабы охраняют калитку, это приказ. Обсуждению не подлежит, свободным занять башню и помочь огнём, сожалею стрел много, но все обычные. Все по местам!

Милитариес и эльфы потянулись в башню, я махнул рукой девчонкам и пристроился со всеми

Это не мой бой, я ещё левый тут в ихнем мордобое, и воевать с волчарами не обязан.

— Человек ты куда? — обратился ко мне их главнюк, - ты же раб? Не так ли?

— Да Пресветлый. Я собственность Алрик но Абирол га Ауэл’енфриль д’е Сил’мар Вар’ел’ин ноцори Льосальфар, и у вас надо мной нет власти принудить сражаться, без дозволения Хозяина. — я вежливо но непреклонно отклонил его попытку поставить меня в строй.

Вроде обошлось. Жаль конечно бурята и дедка, прикольные человеки, но ничего не попишешь, такова жизнь.

Кто-то из мудрых сказал:

«Время рождаться время умирать.»;

Я им ничем не помогу если погибну рядом с ними, а магическая поддержка с безопасного расстояния сильно повысит их шансы выжить.

Не дело мага стоять в строю с пехотой.

— Да, разумеется, ты человек прав. — согласился с моими доводами Эльф.

Он взял меня одной рукой за ошейник, другую положив на голову начал читать заклинание

Я сжался от недоброго предчувствия, не знаю, что за хрень творится, но на меня волнами накатывает страх. Ноги как приросли к месту, будто страх сковал их незримыми цепями. Блять, что за пошлятина в голову лезет с испугу.

— ??, ??????? ?? ???? ??? ?? ??????? ?? ?????????? ?????????? ???? ????? ?????????, ????????? ?????? ???????? ??????, ?????? ?????? ??????? ?????? ?????, ??????? ??????? ????????? ?????, ?????????, ??? ?????? ?????? ?????? ???? ?? ????, ????????? ???? ????????.

В моей голове каждое слово отдавалось пудовыми молотами, я слышал древне-эльфийский язык и понимал его, не зная ни слова.

— Я, Лекарон но Кард’огал га Олварин д’е Дарен’огарль Вар’инкар’нальр’оль ноцори Льосальфар обращаюсь к Богу Света Эльфов, обрати взор на сына твоего нуждавшегося в защите жизни, прикажи Богу Рабов, даровать мне власть над этим рабом, во спасение моей жизни.

И бог ответил возлюбленному своему чаду.

У меня подломились ноги, и я упал на колени перед Пресветлым, лоб коснулся земли, а ладони легли с права и слева на землю. Где-то издалека, как будто за соседской стенкой я услышал свой голос: