А вот рюмашек не было, я как-то не сообразил. Надо в следующий раз взять, вот только будет ли следующий раз…

— О! «Слеза Л’отариеля» как давно я не брал тебя в руки, — нежно проворковал дедок, — вот уважил так уважил.

Его глаза затянулись поволокой воспоминаний. Вот ведь хрень, я со страху ссусь, а он коньяку радуется.

— Деда! Ну тут рюмок нет, придётся из горла.

— Нет! Нет! Нет! пить из горла это «mauvais ton», это недостойно, божественного напитка! Это преступление перед эльфийским вкусом! Это… — деда прервали посреди гневной филиппики.

— Семёныч лови кружку! Оставите мне на донышке! — кто-то из мелитаресов сбросил сверху с боевого хода.

Пеструшка подпрыгнула и поймала обычную эмалированную кружку, серой эмали с красным цветком посредине.

— Хозяин возьмите пожалуйста. — подала мне с поклоном.

Мы налили коньячок до краёв. Первому дали попробовать деду, это было замотивировано тем что: «а вдруг эльфы отравили, а тебя старого хрыча не жалко», дедок ополовинил кружку, прослезившись от радости.

Следующая по кругу досталось буряту, который только крякнул, и сказал во всеуслышание, что эльфы молодцы.

Кружка была снова наполнена, и я отхлебнул от души. Коньяк прокатился по нёбу, как нежная, наждачка-нулёвка, бархатно срезая шероховатости нёба и глотки и растаяло чуть горьковатым теплом в желудке.

Конина была классная. Вполне достойного уровня даже для Реала.

Я мысленно обругал себя последними словами, как растлителя малолетних, и протянул кружку Пеструшке.

— Глотни, сегодня можно!

Она испуганно глянула на меня.

— А мне можно хозяин? Это очень дорогой коньяк, — я видел, как она стесняется.

Но ей хочется попробовать что-то из мира эльфов.

— Пей деточка тебе сегодня можно, это как наркомовские сто грамм перед боем. — разрешил дедок.

Откуда он, родившийся здесь всё это знает?

Девчонка взяла обоими руками кружку и хлебнула.

Разумеется, закашлялась и чуток пролила.

Мы все заржали аки кони, над её неопытностью, и она вместо того чтобы расплакаться улыбнулась мне.

Мне было приятно видеть улыбку девушки особенно в это время и в этом месте.

Но долго нам наслаждаться ламповой милотой не дали.

В наш тесный кружок ототкнув дедка и Пеструшку пролезла волчья голова, тело уместилось сидя на асфальте, и завыла дурным голосом.

— Ну дай накатить и ей! Ну видишь мучается животинка! — пожалел мою волчицу Баир.

— А ей можно? — я как-то был в сомнениях

— Отчего ж нельзя, она ж тоже людина. Видишь мается. — дедок дополнил кружку и поднёс к морде.

Пол минуты и кружка опустела. Она управилась языком и даже не пролила ни капли.

Мне как-то полегчало на душе и страх не то чтобы ушёл, скорее ему не понравилась развесёлая компания боевых алкашей, и он надувшись забился в угол.

— Ну вот сразу видно другим человеком стал, не менжуйся первый раз у всех страшно, кто не боится впервые, тот просто дурак. — перемены в моём настроении не укрылись от дедка.

— А я в первом бою вообще за стенку спрятался, все из калашей лупят, гранаты рвутся, бэха в упор морщит, а я сжался. Меня по каске прикладом долбанули чтобы в себя пришёл. Ничего передёрнул АК и начал лупить в белый свет как в копеечку.

— Ты где это так? — у меня в голове не укладывалось магия мечи волки и автоматы.

— А, в Чечне было. Здесь то моего любимого калаша нет.

— Так добрые люди давайте решать, как воевать будем. У тебя маг есть что ни будь в заначке? Если можешь, раздай что есть.

Я открыл Хранилище и достал оттуда алебарду, надо её применить в дело. И небольшую шкатулку с ловушками.

Мне Артефракторика понравилась сразу, и я наделал с десяток ловушек, отрабатывая наложение чар на камень, получилось так себе, но не выбрасывать же, и я забрал их себе.

Посовещавшись, мы решили отдать алебарду Баиру. У него ничего кроме двух мясницких ножей из оружия не было, но он меня уверил, что, если я запущу своей магией на ней “Атаку”, то дальше он Слой Миров сам сможетудержать.

Себе я оставил посох, если что подтоком с копейным наконечником я отбиться сумею, ну или стукну как дубиной. Стилет на крайний случай мне поможет. Пара атакующих заклятий на перстнях и мои заклинания мага, делают меня серьёзным противником, хоть и это мой первый бой.