Этот способ нас называется «Привет из Республики» так убивают Простолюдинов в королевствах, не всегда рабов можно вывести, а на память трупы надо оставить, чтобы королевичи знали кто им мстит.

Я Вам удивляюсь читатели, ну я же говорила, что до того, как в рабство попала, у меня папа и мама были Одноцветные, я же говорила…

Ну вот меня и учили как поступать с королевскими Простолюдинами ну и рабами тоже конечно, ну а чему Вы удивляетесь? Жалеть их? Да Вы в своём уме, они-то нас не жалеют, после последней войны два города в развалинах лежат. Королевичи всех, кого не смогли в рабство угнать всех поубивали.

Волков, людей, рабов, скот, собак. Только крыс не тронули.

Смешно получается, папа и мама объясняли, как убивать, а теперь меня так убивать и будут.

Как то странно, меня убьют, а мне уже безразлично. Надоело бояться, может это и хорошо, что всё кончится.

А может человек защитит, да, наверное, …

— Человек ты куда? Ты же раб? Не так ли?

Алексей повёл меня во внутрь. Так и думала, его впустят меня оставят…

Человек начал спорить и отказался подчиняться эльфу.

— Да, разумеется, ты человек прав. — согласился остроухий.

Я уже обрадовалась, что всё закончилась и мы спрячемся в безопасности, но не судьба.

Эльф обратился к Рабским Богам, Хозяин упал на колени и склонил голову перед ним.

Так было неприятно видеть Алексея, сильного человека, могучего мага, и он на коленях стоит перед Остроухим.

«Я признаю власть над собой Господин»;

— Формальности соблюдены человек, ты был полностью прав потребовав их исполнения, я должен сразу извиниться, я не хотел оскорбить ни тебя, ни Дом, которому ты служишь.

Моему Хозяину на шею навестили Смерть Камень. Да не простой, я почувствовала запах чёрной магии, ну как будто пахнет золой, остывшей и пыльной.

— Пресветлый, а что это за артефакт — Алексей не понял, что на него одели.

— Ах, да, ты только что из школы, всё будет хорошо, человек, мы верим в вас. Возьми на бой своих волчат, это приказ! — эльф приказал и пошёл к другим человекам.

— Приказ Именем Рабских Богов! Оборонять ворота даже ценной жизни, обязательно сразить хоть одного оборотня, и не дать им пройти сквозь ворота. Боги слышат! Пусть Ваши души пройдя путём корней и кроны переродятся свободными людьми! Я сам лично прослежу, чтобы Вы получили все обряды погребения. Мужайтесь!

Эльф отдал последние распоряжения и спрятался в башне.

Я осталась одна с человеками ну и с 77-й.

Я умру.

Я сегодня точно умру.

Я думала, что меня забьют в училище, а меня здесь убьют.

Далеко от училища не убежала.

Надо обратиться к Волчьим Богам, а не хочу, как они от меня отказались так и я от них отказалась.

Меня хозяин обнял и прижал к себе, как тепло с ним. Меня поцеловали в голову, в самый верх, между ушами, мне так хорошо.

— Прости деточка, я втянул тебя в эту хрень.

Человек извиняется передо мной?

Зачем? Он забыл, что я рабыня? Но нас для того и берут чтоб мы жили и умирали для хозяев, и так должно быть.

— Прощу, только за стопарик. — человек-метоморф, сказал какую-то шутку.

Я ничего не поняла, но все засмеялись, и я тоже улыбнулась.

Хозяин достал из своего хранилища бутылочку чего-то эльфийского. Я не знаю, что это. Но мой старый хозяин, как-то получил бутылку эльфийской выпивки и почти год держал её в серванте на виду. Постоянно хвастался друзьям.

Потом её выпили на его дне рождения, наверное, что-то было очень вкусное.

— О! «Слеза Л’отариеля» как давно я не брал тебя в руки, вот уважил так уважил.

Старый человек – раб, которого тоже выгнали вместе со мной на убой обрадовался этому вину как своему давнему знакомому.

Я глянула на него из-за спины Хозяина, старик держал бутылку и предавался воспоминаниям.

У меня за спиной 77-я шумно зачесалась и заскреблась.

Я глянула на неё, она ничего не боится, даже ждёт драку. Лежит себе и чешется блохастая сучка, а я тут со страху умираю, вот-вот расплачусь.

— Деда! Ну тут рюмок нет, придётся из горла.

— Нет! Нет! Нет! пить из горла это «mauvais ton», это недостойно, божественного напитка! Это преступление перед эльфийским вкусом! Это…

Старый человек не договорил. Ему не дали с верху человеки, что стояли на боевой галерее над воротами.

— Семёныч лови кружку! Оставите мне на донышке

Я прежде чем сообразила, подпрыгнула и схватила вещь что нам сбросили.

Это была обычная эмалированная кружка. Она пахла чаем, и была тёплая.