Шрифт:
Девушка привела нас к одной из выгородок, где был установлен стеллаж из полированного дерева.
— Доставай всё, что есть, — сказал дедушка, укладывая свою трость на верхнюю полку стеллажа. — Не вздумай ничего утаить, это крайне опасно.
Честно говоря, у меня была мысль оставить незаметный сторожевой шнурок на шее, но, глядя на выражение лица дедушки, я преодолел это искушение.
Перед выходом девушка в никабе вручила нам по бутылке прохладной воды. Я в ответ кивнул и поблагодарил на английском.
Когда мы вышли, «Мерседеса» на месте не было. Я с недоумением взглянул на дедушку.
— Дальше только пешком, — пояснил он.
— Ну ладно… — с лёгким недоумением ответил я, пожав плечами.
К счастью, дневная жара начинала спадать.
Мы пересекли асфальтированную магистраль и дальше шли по узкой тропе, петляющей между большими камнями, пока не оказались на обрывистом берегу моря.
Идти пришлось довольно долго, около часа, так что вода оказалась совсем не лишней. Наконец, после очередного поворота, перед нами возник дом, прилепившийся к самому краю скалы над водой.
Дом был выполнен в современном, даже авангардном стиле. И это было одно из самых прекрасных зданий, которое я когда-либо видел в жизни. Воздушные галереи и стеклянные плоскости каким-то особенным образом создавали ощущение ожившей мечты.
Я невольно остановился, залюбовавшись видом.
— Что, нравится? — улыбнулся дедушка.
— Да… — выдохнул я.
— Мне тоже, — ответил он. — Надеюсь, мой будет не хуже…
Мы снова пошли вперёд. И только теперь я понял, что этот дом — настоящий. Осознание этого едва не повергло меня в ступор: дедушка ведь с самого первого дня уверял, что у ценителей не может быть дома…
— Понял, да? — спросил он.
— Он настоящий… — выдохнул я.
— Верно. Пошли скорее, у нас не так много времени!
И я на ватных, негнущихся ногах пошёл дальше, к дому, из которого доносились звуки музыки, чьи-то голоса и смех…
Глава 9
Первым делом дедушка представил меня хозяину дома. Это был сухой старик со смуглой кожей, совершенно седыми волосами и прозрачными как вода светлыми глазами.
Сначала они перебросились парой фраз на арабском. Потом дедушка сказал по-русски, обращаясь ко мне:
— Герман, познакомься: этой мой друг Аль-Хаким. Хозяин этого прекрасного настоящего дома.
— Рад повидаться, молодой человек, — неожиданно сказал тот на русском, с мягким восточным акцентом, и протянул мне руку.
Несмотря на то, что ладонь выглядела по-старчески хрупкой, само пожатие оказалось неожиданно крепким.
— Рад с вами познакомиться, — ответил я.
— Мой дом — ваш дом, — продолжал хозяин. — Но лишь на одну ночь. Не смею задержать вас дольше.
Старик подмигнул, и они с дедушкой отошли куда-то в сторону открытой галереи, ведущей на берег моря.
Дедушка обернулся на секунду и едва заметно кивнул: мол, осмотрись тут. И я пошёл осматриваться.
Никакой прислуги в доме видно не было, но почти в каждой комнате можно было найти накрытый стол с экзотическими закусками и вином в старомодных стеклянных графинах.
Больше всего мне понравилась зала с огромным, распахнутым настежь панорамным окном. Отсюда открывался потрясающий вид на Красное море. Справа висела огромная Луна. Где-то вдалеке мерцали огни кораблей. Над нами разгорался роскошный перламутр розового заката.
— Роскошный вид, не находите?
Я обернулся. Передо мной стоял крепкий мужчина средних лет, с каштановыми волосами и аккуратной чёрной бородкой. Он обращался ко мне на английском. За последние пару лет я неплохо освоил этот язык и уже раздумывал о том, что стоило бы заняться китайским.
— Пожалуй, — согласился я.
— Хакиму повезло. Когда придёт время, тоже хочу подобный дом, чтобы обязательно на берегу моря. Только море должно быть холодным. Скажите, вы были в Норвегии?
— Не доводилось, — ответил я.
— О, обязательно посмотрите! Да, местные рынки скудноваты — но иногда в отдалённых деревушках на севере можно найти настоящие жемчужины. Что только люди не изобретают долгими полярными ночами, — он широко улыбнулся, демонстрируя крепкие белые зубы.
— Непременно последую вашему совету, — вежливо ответил я. — Как только представится возможность.
— Меня, кстати, Хосе зовут, — представился незнакомец.
— Очень приятно. Герман, — ответил я, пожимая его вальяжную руку.
— Я думал, что знаю всех близких друзей Хакима. Но, признаться, вас вижу впервые. Откуда вы, Герман?