Том понимал парня. И жалел. Не в том смысле, конечно, чтобы хоть как-то пытаться влиять на дочь. Это было бы просто смешно! Но, молодой человек стал ему другом. Был необъяснимо близким и родным. В той степени, что, пойми это Глан, отвесил бы ему от щедрот ещё пару диагнозов.

Томас Блайз не показывал больше, чем можно. Алекс молчал о своих чувствах к дочери командующего. Может быть, это и роднило их? Какая-то удивительная похожесть и понимание друг друга?

Парень был умным. Очень. Крайвен Лист говорил, что он гениален. Об этом с восторгом вещали все преподаватели мальчика. А раз так, то Блайз подкинул юному умнику задачу, которая как раз по его мозгам. То, что будет скоро очень и очень нужным. Жизненно необходимым.

Время терпело. Поэтому он не напирал. Подбросил мысль, увидел, что она "прижилась" и оставил Алекса в покое. Пусть думает. В таких вопросах спешка только вредит. Вдохновение, как ни крути, не рождается по указке или под давлением.

Всем им скоро нужны будут вдохновение, мужество, сила и сплочённость. Ещё как!.. Хорошо, что большинство не понимает этого пока и радостно проживает спокойные месяцы или годы, которые им остались.

Томас Блайз всем сердцем надеялся, что это будут годы. Иначе их шансы выжить станут совсем незавидными...

Папа изменился. Он старался не показывать, но она видела. Это не были проблемы на службе или влюблённость. Его изматывало что-то. А он мужественно делал вид, что в порядке.

Была бы она "нормальной", то, может быть, и не заметила бы. Но ведь не была... К Новому году у неё в мозгу уже будто бы сирена выла, оповещая об опасности. Все чувства обострились, а рядом с отцом даже волоски на руках вставали дыбом.

Опасность! Вот о чём сигнализировали до предела выкрученные рецепторы и интуиция мутанта. Мити молчала. А Коре и не нужно. Она получила от подруги легальную возможность самой решать подобные вопросы. Оставалось только договориться с совестью и определить наилучшее время для того, чтобы в очередной раз "поцеловаться с реальностью".

– "Поцелуй" будет, похоже, взасос,- мрачно думала Кора.- Как с бетонной стеной с разбегу...

Готовилась. Дождалась, пока пройдёт Зимний бал в академии. Чтобы не светить на нём потрясённым и печальным лицом. Экзаменов у них не было, в привычном нам смысле. Зачем, если разовые испытания всегда несут с собой элемент случайности, везения? А так всё происходило просто и рутинно: тесты и испытания, что проходили студенты за семестр, оценивались, суммировались и, в конце периода, выводился рейтинг конкретного учащегося. Сразу после Новогоднего бала в академии всё это подбивалось. Доносилось до каждого лично. Понятно, что через вирт. И студентов отпускали на зимние каникулы.

Жизнь в академии не замирала сразу же. Новый год многие отмечали тоже здесь. Те, у кого семьи были далеко. Да и остальные, встретив праздник в кругу семьи, возвращались к друзьям. Всю праздничную ночь территория академии гремела музыкой, смехом. Не слишком трезвым, стоит признаться. Преподы закрывали на это глаза. Давали детям повеселиться и сбросить усталость от напряжённой учёбы...

Кора не стала менять привычный имидж и отправилась на бал в штанах. Правда подобрала к ним довольно милую тунику. Протестовать уже не хотелось. Перед кем? И зачем?.. Перетанцевала со всеми парнями из спец группы, и со многими со своего второго курса. Даже с Золотым сплясала.

Он позвал, она пошла. А потом довольно спокойно наблюдала, как вокруг эталонного красавца снова, или всегда? вьются девушки. Больно уже не было. Почти не было... Смысл болеть по поводу того, что не твоё?.. Но и Крэйга, с его аккуратными обнимашками во время танцев, Кора старалась избегать. Хватало ей парней для танцев. Без двусмысленностей с их стороны, и страданий с её.

Хотела дотянуть и "залезть в голову" к отцу уже после Нового года. Но не выдержала. Папа стал совсем нервным. Настолько, что находиться рядом с ним было невыносимо... И она решилась. За три дня до праздника успеет прийти в себя. Зато будет знать, что готовит жизнь ей и другим, и вступит в новый год с открытыми глазами.

***

Она готовила... Жизнь готовила им всем такое, что Перси пришлось укусить одеяло, чтобы не разрыдаться в голос... Девушка захватила зубами край одеяла и замерла на постели, как испуганный зверёк. Уставилась в пространство невидящим взглядом и тихонько скулила от невыразимого ужаса.

Бедный папа!.. Его просто сжирало чувство вины за то, что он допустил... Перси, не раздумывая уже и не терзаясь этическими заморочками, изучала всё, что знал и думал отец. Соизмеряла и взвешивала его "вину", в первую очередь. Поняла, что бред это всё! Бред слишком порядочного человека, который берёт на себя ответственность за то, что не смог предотвратить гибельный выбор другого!

Успокоившись на этот счёт, она заглянула в будущее. Такое, каким видел его Томас Блайз. Незавидное будущее... Настолько незавидное, что ей натурально плохо стало. Пришлось лечь и терперь, пока идеально выстроенный организм не справится с колоссальным стрессом.

А потом она подобралась на постели, настороженно глядя в тёмное ночное окно. Прошептала вслух, просто хотелось услышать хоть чей-нибудь голос. Что-то живое, что отгонит навалившийся кошмар:

– Мити! Ты знала? Ты ведь знала?