Сексуальные задания. Интересно, какими бы они были? Судя по первому, я бы получила удовольствие. Очень много удовольствия.

Вместо этого я сбежала.

Меня нельзя назвать осторожной. В конце концов, я хакер мафии. Быть авантюрной, рисковать - это у меня в крови. Но мне нужно думать об Анжелике. Если мы с Данте переспим и разбежимся, вряд ли я смогу снова оказаться с ним в одной комнате.

А это определенно именно так и закончится. Это мужчина, у которого семь машин. Каждая из них - его любимая, пока он не купит следующую. Конечно, у меня нет доказательств, что у него такое же отношение к женщинам, но у меня также нет доказательств, что это не так. Я не могу рисковать, я не могу так поступить с Анжеликой. Моя дочь обожает Данте, и я должна ставить во главу угла то, что лучше для нее. Я не могу позволить своим желаниям управлять моими решениями.

Данте не настаивал. Он не пытался поцеловать меня снова, не пытался затащить меня в свою спальню. Но он наблюдает за мной, и я с болью осознаю это. Каждый раз, когда его взгляд встречается с моим, сердце начинает бешено биться в груди. Повторение субботнего вечера кажется неизбежным, и затянувшееся предвкушение почти невыносимо.

В этот момент Данте открывает дверь. В его глазах вспыхивает искра, когда он видит меня рядом с кроватью с его свитером в руках, а мой нос при этом утопает в кашемире.

– Что ты делаешь, Валентина?

Глава 21

Данте

Если я не ошибаюсь, Валентина сжимает в руках мой свитер и нюхает его. По мне прокатывается волна первобытного мужского удовлетворения. Она заинтересована. Она все еще решает, будет ли она что-то делать с этим, но она определенно заинтересована.

Это может быть началом.

Она вздергивает подбородок.

– Ты неряшливый, - говорит она с упреком.
– Это кашемировый свитер, и я нашла его на полу.

– Правда?
– Я наклоняю голову.
– Я думал, что оставил его на кровати.

Она заливается румянцем.

– Мне только что позвонила учительница танцев Анжелики. Была какая-то путаница с костюмами для ее предстоящего выступления, и костюм Анжелики оказался слишком мал. Завтра я должна поехать в Падую за другим. Я могу поехать на поезде…

Я уже собираюсь спросить, не сошла ли она с ума, но передумываю.

– Я отвезу тебя, - говорю я вместо этого.
– Когда тебе нужно быть там?

– Завтра они открыты до пяти.

– Значит, сразу после завтрака?

– Да. Спасибо, Данте.

– Видишь? Прогресс. Я не сказал, что ты безрассудна, а ты не назвала меня властным засранцем. Не за что.
– Я подмигиваю ей. Наверное, мне не стоит провоцировать ее, но что я могу поделать? Мне нравится жить на грани.
– Может, вернемся к разговору о моем свитере?

Она швыряет его на кровать, бросает на меня убийственный взгляд и выходит из моей спальни.

Я держу свои машины в Местре. Снаружи здание выглядит как неприметный склад рядом с доками. Внутри же - это святилище итальянского автомобильного дизайна. Я подношу руку к сканеру отпечатков пальцев, и замок открывается. Зажигается свет, и мои машины сверкают в свете прожекторов.

Валентина закатывает глаза.

– Видно, кто в одиночку держит на плаву итальянский автопром, - язвительно замечает она.

Я смеюсь.

– А что еще мне делать с моими деньгами? Или это, или купить Анжелике пони.

– Не покупай моей дочери пони, Данте, - шокировано говорит она.
– На какой машине ты собираешься сегодня ехать?

– Спайдер 54-го года.
– Ferrari 500 Mondial Spider 1954 года выпуска относится к ранним годам существования гоночной компании. Именно этот автомобиль был продан самим Энцо Феррари. Это жемчужина моей коллекции.

Она бросает на меня странный взгляд.

– Твое последнее приобретение? Это ведь та машина, которую ты купил на аукционе в прошлом году?

– Да.
– Может, она и новая в моей коллекции, но я очень давно хотел эту машину. Их было выпущено всего тридцать две штуки, и я не мог поверить в свою удачу, когда этот автомобиль появился в продаже. Несмотря на то, что он был поврежден огнем и требовал большой работы по восстановлению первоначального вида, я не раздумывал.
– Я давно положил глаз на эту красавицу, - с нежностью говорю я, проводя рукой по капоту.
– Правда, милая?

– О, отлично. Ты один из тех парней, которые разговаривают со своими машинами.

Возможно, ее голос звучит ворчливо, но ее взгляд то и дело возвращается к Спайдеру.

– Не хочешь сесть за руль?

Она вскидывает голову.

– Ты позволишь мне сесть за руль твоей машины? Той, что стоит полмиллиона долларов?

Почти миллион, но я не собираюсь говорить ей об этом.

– Это всего лишь машина.
– Я протягиваю ей ключи.
– Педаль газа очень чувствительная. Будь нежной с моей малышкой.