Пальцы Данте вычерчивают легкие круги на моих бедрах, задирая подол выше.

– Что тебя возбуждает в этой сцене?

Я краснею. Одно дело - быть полуобнаженной рядом с Данте. Но рассказывать ему о своих фантазиях предполагает такой уровень доверия, который...

Но ты ему доверяешь.

– Она - подарок, который он может использовать, - бормочу я, мои щеки пылают.
– Она здесь для того, чтобы доставить ему удовольствие. Это не тот сценарий, который я бы одобрила в реальной жизни, конечно, но поскольку это фантазия, она возбуждает.

– Ты мой подарок на этот вечер, Валентина?
– Он спускает бретельку комбинации с моего плеча. Ткань спадает, открывая его горячему взгляду мою грудь.
– Очень мило, - бормочет он, его голос низкий, хриплый. Он проводит большим пальцем по моему соску и наблюдает, как он твердеет.
– Действительно, очень мило.

Мы почти не обращаем внимания на порно на экране. Мужчина подходит к буфету и наливает себе напиток. Он делает глоток, вынимает кубик льда из бокала и проводит им по ее соску.

Я задыхаюсь.

Данте улыбается мне, его взгляд дикий, пылающий и голодный.

– Думаю, это «да».
– Он встает, и, к сожалению, под простыней он не голый. На нем пижама, фланелевая, выцветшая, пояс низко сидит на бедрах, открывая дорожку...

– Ты пялишься, Валентина.
– Он улыбается довольной мужской улыбкой.
– И я польщен. Оставайся здесь. Я сейчас вернусь.

Он возвращается в рекордно короткие сроки со стаканом виски.

– А мне?
– спрашиваю я.

Он качает головой.

– Ты пока не заслужила, воробушек.

Черт, да. Он как будто заглянул в мой разум и вытащил оттуда мои самые смелые фантазии.

– Как я могу заслужить?
– спрашиваю я, глядя на него сквозь ресницы.
– Могу ли я сделать это, стоя на коленях?

В субботу я лишь мельком взглянула на член Данте, прежде чем татуировка испугала меня, и я убежала. Думала ли я о нем с тех пор? Конечно, думала. Восемь дюймов большой, твердой как камень мужской плоти, и все это для меня. Я не могу дождаться. Самое обидное в прошедших десяти годах - это то, что раньше я любила секс. Превратить то, что я люблю, в предмет страха… Но больше я не боюсь. Я очень, очень возбуждена.

– Пока нет, - спокойно отказывает Данте. Он встает у изножья кровати и скользит по мне взглядом.
– Встань на ноги.

Теперь его голос звучит строже, и эта суровость посылает волну возбуждения через меня, которая острой стрелой вонзается прямо в мою киску. Я борюсь с желанием сжать бедра.

– Я тебе нравлюсь в очках или без?

Я говорю о нашей ролевой игре. Но Данте делает вид, что не понимает, намеренно или случайно. Он тихонько смеется.

– С очками или без, воробушек, это неважно. Ты мне любая нравишься.
– Прежде чем я успеваю отреагировать, он отдает мне следующий приказ.
– Встань у окна, лицом к стеклу.

Я изголодалась по нему. Суббота ничуть не уменьшила мой аппетит.

Я снимаю очки и встаю там, где он хочет. Внешний мир превращается в размытое пятно, огни на берегу лагуны переливаются как в калейдоскопе. Единственное, что остается в фокусе, - это Данте.

Он движется позади меня. Я вижу его отражение в окне, он нависает надо мной, как темная тень. Затем целует изгиб моей шеи.

– Сейчас я разверну свой подарок.

Я немного волнуюсь. Риск быть замеченной невелик. Мы смотрим на воду, а спальня Данте тускло освещена. Чтобы увидеть меня, кто-то должен находиться прямо за стеклом. Но паранойя - часть моей работы.

Его рука лежит на бретельке моего белья.

– Валентина, - говорит он. Его голос выводит меня из состояния нерешительности. Данте не станет подвергать меня опасности, скорее наоборот. Он невыносимо заботливый. Мне не о чем беспокоиться.

Я делаю глубокий вдох и позволяю реальности снова рассеяться. Я - подарок Данте, я здесь для того, чтобы делать все, что он от меня захочет. И если он хочет, чтобы я разделась, то я так и поступлю.

– Да.
– Я спускаю бретельки с плеч, и комбинация падает на талию. Данте спускает ее ниже по моим бедрам, и она падает на пол, превращаясь в жидкую лужицу.
– Выйди из нее.

Я делаю это, и Данте поднимает мое белье.

– Как жидкий шелк, - говорит он. Он пожирает меня откровенно собственническим взглядом.
– Держи руки на окне. Широко раздвинь ноги.

Посредник умеет отдавать приказы.

Я подчиняюсь. Данте кладет руку мне на талию и тянет назад, пока моя задница не оказывается прижатой к его члену.

– Шире, - требует он. Я подчиняюсь, и он одобрительно кивает.
– Хорошая девочка. Сохраняй эту позицию.

Он отходит. Румянец заливает мои щеки, когда я смотрю на свое отражение. Обнаженная, за исключением крошечного клочка кружева, прикрывающего мою киску, моя грудь - на виду у окна, моя задница похотливо выставлена назад, к нему, а ноги широко раздвинуты. Я выгляжу готовой к тому, чтобы меня взяли сзади.