– Все готово, Александр Георгиевич, – выглядывает из кухни Вадим. Вслед за отцом и Васечкой уныло плетусь на кухню. И больше всего желаю, чтобы этот дурацкий вечер закончился поскорее. Вполуха слушаю разговоры мужчин. Киваю иногда, если спрашивают.

– Мои спецы занимаются, – кивает отец, вытирая губы салфеткой. Решительно поднимается из-за стола. – Вася, я твой должник, – пожимает похожую на лопату ладонь Генерала.

– Да все нормально, Саня, – серьезно откликается Ордынцев. – Я тут присмотрю.

– Спасибо. Спасибо, – порывисто роняет папа. – И от меня, и от Катюшки.

«Как эти двое спелись!» – думаю я, задыхаясь от глухого раздражения.

– Катя, я закрою дверь, – доносится из коридора голос Ордынцева.

– И сам исчезни куда-нибудь, – бурчу себе под нос. И войдя в спальню, в изнеможении бреду к кровати. Падаю поперек и, поджав ноги, закрываю глаза.

Проваливаюсь в сон и снова оказываюсь в лифте с Генералом. Только в этот раз сама тянусь к нему. Яростно отвечаю на поцелуи. Василий вытягивает меня из лифта на каком-то этаже лечебного корпуса. Кругом ни души. Да и двери в отделение открыты. Кажется, здесь соляная пещера и электросон.

Вломившись в первую попавшуюся комнату, лихорадочно стягиваем друг с друга одежду. Снова кидаемся друг к другу и уже не разжимаем объятий. Просто невозможно оторваться от Васечки. Глажу широкие плечи и с ума схожу от близости.

Выныриваю из полудремы и сама не пойму, где сон, а где явь. Низ живота тянет от желания, а в горле пересохло от волнения. Перекатываюсь на живот, стараясь успокоиться.

– Это всего лишь сон. Мое глупое подсознание.

В квартире тихо. Я наконец одна. Но вместо счастья, в душу закрадывается тревога. Поднявшись, на ватных ногах, будто больная плетусь на кухню. Надо попить воды, проверить двери и окна. Странно, что со мной папа не оставил охрану. Он что-то говорил… А я прослушала. Вот же курица! Как дура пялилась на Васечку.

Налив в кружку воды, как больная, плетусь в гостиную, где все еще горит свет. И сразу же натыкаюсь взглядом на большие ступни, обтянутые черными носками. Уложив ноги на один подлокотник, а голову на другой, на диване растянулся Генерал. И что-то читает в телефоне.

Красивое зрелище. Одни накачанные ноги чего стоят. И плечи. Просто с ума сойти можно от мужской бьющей через край силы.

– Василий Петрович, – шиплю негодующе. – Вы же сказали, что уходите.

– Я сказал, что захлопну дверь, – улыбается он, лишь на секунду отвлекаясь от сотового. – Спокойной ночи, Катюша, – кивает, словно отпуская меня.

– А вы будете тут спать? – уточняю обалдело. Кутаюсь в халат и от растерянности не знаю, как поступить.

Ну и наглый тип! Говорит спокойно, даже не поморщится. Видимо мало я ему двинула…

– Да, ты правильно догадалась, – кивает Ордынцев. И добавляет весело. – Выдай мне одеяло и подушку, пожалуйста. И тебе зачтется.

Невыносимый человек!

– Постельные принадлежности в шкафу в коридоре, – замечаю сухо. – Берите что хотите, – пожимаю плечами и на подкашивающихся ногах направляюсь к себе в комнату. Только бы дойти и не свалиться в обморок перед Генералом.

Плотно прикрыв дверь, в изнеможении падаю на кровать. Закрываю глаза, пытаясь если не уснуть, то хотя бы подремать. Но мысленно снова возвращаюсь к лежащему на диване Ордынцеву.

Вот он! За перегородкой! Совсем рядом. И если в лифте Васечка меня испугал, то сейчас, глядя на мощный генеральский торс, меня переполняют другие желания.

Пойти к нему? Надо же как-то возвращаться к жизни. Так почему бы не с Генералом? Достойный человек. И наверняка опытный любовник.

Представляю, как он сжимает меня в медвежьих объятиях. Тут даже фантазировать особо не надо. Достаточно вспомнить лифт, или как целовались в машине, и низ живота тянет от желания.

Пойти к нему?

Прислушиваюсь к каждому шороху. Вот вышел в коридор. Вот скрипнула дверца шкафа. А следом под глухие ругательства что-то упало с полки.

«Пойди, помоги, – подзуживает внутренний голос. – А там оно само получится».

Зажмурив глаза, представляю как выхожу из спальни в одной ночной сорочке, как помогаю поднять с пола упавшее одеяло и сталкиваюсь с Ордынцевым взглядом. Пробирает аж до мурашек. Но я так и не двигаюсь с места. Словно боюсь разочароваться.

Васечка…Будто наяву вижу, как он несет меня на руках в спальню. Как нависает сверху, пожирая жадным взглядом. Стискиваю вместе колени, стараясь обуздать расшалившуюся фантазию. Да и поздно уже. Генерал давно вернулся на диван и уснул. А в гостиной камеры понатыканы. И сейчас они все работают в штатном режиме. Вот будет веселье для папиных безопасников!

«Успокойся, Димирова! – приказываю самой себе. – Засыпай. А то размечталась»

Укоряю себя, а сама дрожу от желания. Такой мужик спит в соседней комнате, а я, дурында, тут маюсь. Боюсь проявить инициативу.

«Ты же ему по яйцам треснула, – просыпается рассудок. – Теперь Генерал тебя далеко пошлет. Угомонись, Катя. Проворонила ты свой шанс».

Ворочаюсь с боку на бок, пытаясь уснуть. Но только закрываю глаза, как подскакиваю на месте от странного шума, будто кто-то стучит в окно.