– Это не хрень, это рация, – поправила её девочка, а потом добавила: – С ней была ещё какая-то бумажка. Только мы не умеем читать.

Какая-то бумажка оказалась инструкцией к рации, вполне подробной и не особо заумной. Пока Аграфена изучала инструкцию, Стеша развлекала детишек тем, что плела им венки из розовых болотных колокольчиков. Если бы не тяга к медицине, то ей была бы прямая дорога в педагоги. Вон как легко она нашла общий язык с марёвками.

Разобравшись с инструкцией, Аграфена взяла рацию и запоздало испугалась, что в этом странном месте подобные вещи могут не работать. Её аж в холодный пот кинуло от такой мысли. Но Аграфена была не из тех, кто впадает в панику раньше времени. Она сделала глубокий вдох и включила рацию в режим приёма.

Ничего не произошло. Из динамика слышался лишь треск радиопомех. Но радиопомехи – это хорошо! Если есть помехи, значит, есть связь! Во всяком случае Аграфене хотелось так думать.

– Ничего? – спросила Стеша севшим голосом.

Аграфена не без удовольствия подумала, что для человека, решившего сгинуть в небытии, она очень уж озабочена отсутствием связи.

– Не факт! – Аграфена подмигнула крошке-марёвке, та хихикнула в ответ. – Сейчас попробуем отправить на ту сторону голосовуху.

– Что? – удивлённо переспросила Стеша, но смотрела с надеждой.

– Голосовое сообщение. Ну, радиопередатчики же в твоё время существовали?

Стеша улыбнулась, ответила:

– Существовали.

– Тогда смысл тебе понятен! Ну, приступим?

И они приступили! Сначала сквозь треск помех попыталась пробиться Аграфена. Несла она, надо признать, невообразимую чушь. В самый важный момент все правильные слова выветрились у неё из головы, и получилось то, что получилось. А потом неожиданно даже для самой себя к рации потянулась Стеша.

– Стёпа? Стёпочка? Ты там? – спросила она шёпотом и, не дождавшись ответа, добавила: – С нами всё хорошо. Береги себя!

Стеша снова отдала рацию Аграфене. И Аграфена, как могла, обрисовала ситуацию. Рассказала бы и больше, если бы не крошка-марёвка.

– Он злится! Отключайся!

Девочка метнулась к Аграфене, выхватила рацию у неё из рук.

– Кто? – спросила Аграфена потрясённо.

– Тринадцатый. Он понял, что вы разговариваете с живыми, и разозлился.

– Мы тоже живые… – пробормотала Аграфена растерянно. – Нечего тут…

– Он проснулся, – сказал мальчик, глядя поверх их голов.

Стеша с Аграфеной синхронно обернулись. В неплотно прикрытую дверь заползал розоватый туман.

– Он злится и он голодный, – сказал мальчик и шагнул за порог.

Девочка устремилась за ним. Рацию она крепко прижимала к себе.

– Куда?! – завопила Аграфена и бросилась следом.

– Он вас найдёт. – Девочка уже была у воды. – Нам не страшно. Нам он ничего не сможет сделать, а вас он ненавидит и захочет навредить.

– Кто? – спросила Стеша. – Тринадцатый?

Девочка молча кивнула.

– Тебя он может почуять. Ты пахнешь как Мари…

– Мари?.. – Стеша побледнела, прижала ладони к горлу, словно ей не хватало воздуха. – Вы знали бабу Марфу? Мою бабушку?

Крошка-марёвка пожала худыми плечами, ответила:

– Мы много кого знали.

– Она была плохая, – сказал мальчик и шмыгнул носом. – Она дружила с угарником.

– Она не дружила с угарником, дурачок! – поправила его девочка. – Она любила угарника! Это вообще разные вещи! Поэтому Тринадцатый её ненавидит. Он хотел забрать сначала её саму, но у него ничего не вышло. Тогда он забрал её любимого. – Девочка закатила глаза и вздохнула. Так рассуждают о любви маленькие дети, которые в ней ровным счётом ничего не смыслят. – Он хотел сделать больно им всем, но у него снова ничего не вышло…

– Что у него не вышло? – спросила Стеша шёпотом.

– Сжечь любовь. – Девочка улыбнулась, а потом с лёгким отвращением посмотрела на рацию в своей руке. – Тринадцатый сжигает всё, до чего дотягивается.

– И до нас он тоже может дотянуться? – вмешалась в разговор Аграфена.

Что-то не нравился ей этот Тринадцатый!..

Девочка пожала плечами.

– Наверное. Но убить вас он не сможет. – И не успела Аграфена спросить почему, как марёвка продолжила: – Вы уже и так не совсем настоящие. Вы живые, только пока существует этот остров.

– Какой остров? – спросили Аграфена со Стешей в один голос.

– Смешные! – сказала девочка. – Вот этот остров! – Она топнула босой ножкой, а мальчик захихикал. – Она сделала остров специально, чтобы его никто не нашёл. Чтобы тем, кто здесь, было спокойно.

– Кто сделал остров? – Стеша потёрла виски.

– Марь. – Девочка посмотрела на неё со смесью удивления и превосходства. – Марь сделала этот остров.

– Ерунда! – сказала Аграфена. – Это никакой не остров! Я точно знаю!