— А может, зря? — первым прервал молчание вождь, хрустя сочным плодом.

— Нет, — покачал головой я. — Насильно мил не будешь.

— Точно дурак. Может, она только этого и ждала.

— Может и ждала, — согласился я. — Да вот только по-другому я воспитан. И собачонкой бегать сзади не намерен.

— Кем бегать? — переспросил вождь.

— Собачонкой, — отмахнулся я. — Но это неважно. Вот скажи, почему она так со мной?

Вождь не ответил, а только молча поднял свой кувшин, предлагая выпить. Я не отказался.

— А ты правда маг? — внезапно сменил я тему, вспомнив, как вождь с Хлоей пытались магичить друг против друга.

— Не совсем, — пробормотал в ответ Великий.

— Это как? — не успокаивался я. — Как на половину беременная?

— Почему ты ещё цел? — грозно спросил вождь.

— Ты уже спрашивал. Или не ты. Не помню. Так что там с несовсемным магом?

— Я маг боевой…

— И-и-и-и? — протянул я.

— Ты вообще что про магию знаешь? — повёл себя по-еврейски вождь.

— Ну… — задумался я, и вдруг понял, что про магию этого мира знаний в меня не вложили. — Вот ведь стервь хитрая, — выдал я в пространство с явной обидой.

— Это сейчас про кого? — оскорбился вождь.

— Да про Болотную. Кричала, что все знания этого мира… а по факту одни пробелы в образовании. Чуть копни глубже, и всё — трендец, приплыли.

— Так, чувствую, нам нужно серьёзно поговорить. И разговор этот будет не быстрый.

Великий вождь дал команду на перемену блюд и пополнению алкоголя. Я же с тоской взирал на весь этот процесс, почти физически ощущая, как на меня накатывает уже подзабытое чувство недельных запоев. Делать этого не хотелось почему-то категорически. Хотя, казалось, именно для запоев сейчас самое время. Меня только что жена бросила. И тут, по-любому, либо с горя, либо с радости. Разница только в начальной стадии. А дальше…

Вот так я, собственно, и поведал вождю про всю мою жизнь. Поведал открыто, без утайки, щедро перемешивая голые факты своими личными эмоциями и переживаниями. И как ни странно, это был не пьяный базар. За всё время моего внушительного монолога всего лишь один кувшинчик опустошился примерно на половину, и то лишь потому, что моё горло не привыкло к столь продолжительным речам и требовало периодической смазки в виде жидкости. Великий же за это время ни в чём себя не ограничивал и исключительно на эмоциях вылакал не меньше бочонка. Но надо отдать должное вождю: взгляд его оставался осмысленным, а вид молодцевато-трезвым.

— И вот теперь она меня бросила, — выдохнул я и, глотнув вина, закашлялся.

— Да, — поставил точку Великий, тихонько постучав по моей спине.

От этого «тихонько» мои лёгкие, казалось, прилипли к грудной клетке, и возвращаться в изначальное положение категорически не собирались. Воздух отказывался поступать в эти скукоженные пространства, и я на автомате осушил кувшин до дна, чтобы хоть как-то исправить положение.

— У вас что, воду совсем не пьют? — поморщился я от вкуса вина.

— А зачем? — удивился вождь.

— Чтобы напиться, — выдал я аксиомную истину. — Сколько можно хлебать это алкогольное пойло.

— Значит, не только принцесса взяла от тебя, — выдал вождь в пространство. — Теперь всё равно её догонять.

— И не подумаю. В жизни никогда не бегал, пусть даже и за принцессами.

— За этой принцессой ноги сами понесут, — заверил меня вождь. — И не только тебя.

— Других пусть несут сколько угодно. А если мои хоть на шаг сдвинутся в том направлении, переломаю к чёртовой бабушке или ампутирую ржавым топором. Ты же мне дашь топор?

— Не дам, — заверил меня вождь.

— Жадный, да?

— Нет, просто ты его не поднимешь.

— У-у-у-у, — завыл я на одной ноте. — Всё в этом мире против меня. Пора домой возвращаться. Может, ты меня туда закинешь? Ты же маг.

— Я же сказал. Я боевой маг.

— Вот заладил. Боевой, боевой. Маг он и в Африке маг.

— Где? — переспросил вождь.

— В Караганде, — отмахнулся я от Великого. — Чего же мне так в жизни не везёт?

Вождь пристально посмотрел на меня. Глотнул винца, уже даже мне не предлагая, и решил не обижаться на моё хамское поведение. Нет, если бы всё происходило при свидетелях, то огрёб бы я по полной программе. И никакая моя мессийность, про которую я, кстати, уже забыл, мне не помогла бы. А так, по-свойски, тет-а-тет… хороший он всё-таки мужик.

— Значит, Хлоя замахнулась на управление миром? — прервал мои размышления вождь. — И шла ко мне просить помощи. А я её не понял.

— Да баб вообще сам чёрт не разберёт. Вот она со мной…

— Подожди, — практически заткнул меня вождь. — Про неё с тобой всё более или менее понятно. А вот в остальном…

— Это в остальном как раз всё понятно. Сидела девушка, скучала… ударила девчушке в голову чувство собственной неудовлетворённости… и в итоге мировая революция.

— А ведь так можно вернуть гургутам былое величие, — продолжил размышлять вслух Великий, абсолютно меня не слушая.