Он протянул перевязанный бечёвкой пакет, и с чувством исполненного долга, переваливаясь на коротких ногах, исчез в глубине коридора как перегруженная баржа среди волн бурного моря. Пришлось вернуться в комнату, и, покрывшись мурашками от волнения, вытряхнуть содержимое пакета на кровать.

Что я рассчитывал там увидеть? Инструкции, как вести себя в непредвиденной ситуации, или дружеское прощание? Сам не знаю, но старая стёганая жилетка с множеством карманов, небольшая, обтянутая непривычно шершавой кожей тетрадь и плохо выструганная, явно самодельная фигурка держащихся за руки большеголовых уродов на подставке меня несколько озадачили:

– Ну, Дарси, шутник… Хотя жилетка необычного кроя, но довольно тёплая и зимой вполне сгодится. Тетрадь с потрясающе гладкими, совершенно чистыми листами… Может, ты хотел, чтобы друг записывал туда свои наблюдения? А эти фигурки, - я поднёс их к глазам и, повертев в руках, прочитал на обороте подставки:

– Друзья навсегда…

Не сдержавшись, застонал: вспомнилась полка в его комнате, уставленная умело вырезанными фигурками людей и животных. На мой восхищённый вопрос, чьи это работы, Бен покраснел, смущённо бормоча:

– Балуюсь, с детства нравились деревянные игрушки…

Видимо, он собирался сделать подарок другу, но не успел закончить. Эти смешные уродцы - мы с ним…

– Ох, Бен, за что мне это? Неужели я обречён терять всех, кого люблю?

Сам не знаю зачем, погладил жилетку, удивляясь такому количеству карманов и, нащупав в одном из них небольшое уплотнение, сделал вид, что в этом нет ничего странного. Встал с кровати, уже собираясь выйти, но, не выдержав, вернулся. Карман оказался ложным, однако, не колеблясь, я осторожно распорол ножом шов, достав небольшой плотный лист бумаги…

Это была цветная картинка, покрытая необычным лаком - наверняка, вещь с той стороны. Замирая, разглядывал то, что напарник прятал у самого сердца - двое смеющихся, совсем ещё юных ребят смотрели на меня, словно спрашивая:

– Неужели не узнаёшь?

Кивнул им:

– Это же ты, Бен Дарси - наверное, ещё школяр… Длинные каштановые, словно не причёсанные волосы разбросаны по плечам. Странная свободная одежда из вытертой голубой ткани, улыбка до ушей. Какие-то необычные барабаны… хм, а вот и палочки в руках. Так значит ты, мой друг, увлекался музыкой…

Я невольно засмеялся:

– Надо же, а этот, тоже длинноволосый парень рядом… чёрт, Дасти - с взлохмаченной шевелюрой тебя так сразу и не узнать! Похоже, мы вместе давали представления - ишь, как пальцы вцепились в странное подобие плоской лютни… Да, кажется, в этом нам не очень везло, раз я даже не мог позволить себе нормальную одежду - у чёрной рубахи оторваны воротник и рукава, а уж рисунок на ней… Улыбающийся череп с розой в зубах… э… что бы это значило?

Пальцы осторожно скользили по картинке:

– Так вот какими мы с тобой были раньше - весёлыми и, несмотря ни на что, счастливыми. Что же случилось, дружище? От кого ты спасал меня, подставляясь под удар?

В дверь постучали, и, быстро спрятав вещи под одеяло, а картинку - в потайной карман форменного сюртука, я недовольно прокричал:

– Кто настолько обнаглел, что осмелился беспокоить уставшего сыщика?

– Открой дверь и узнаешь… - голос Лурка звучал угрожающе, и, чертыхнувшись про себя, мне пришлось впустить разъярённого начальника в комнату.

А дальше… Ворвавшийся словно ураган руководитель Третьего Отделения обвинил «зарвавшегося лысого урода» во всех смертных грехах, и, прежде всего - в неуважении к вышестоящим чинам, халатному отношению к работе и полной непригодности к розыскному делу, раз он - этот урод - теряет уже третьего напарника…

Вывалив на меня всё это… добро, Лурк сразу успокоился и, сев на единственный стул, как ни в чём не бывало сказал:

– Докладывай, что случилось с Норманом. Чёрт, чёрт… как же жаль парня!

Я покорно кивнул, и вкратце, избегая ненужных подробностей вроде беглянки из цирка, описал нервному начальству злоключения Юджина. Он выслушал, не проронив ни звука, и, подняв на меня измученные болью глаза, грустно произнёс:

– Значит, неизвестный яд… Вот что бывает, Родж, когда самонадеянные идиоты - это я о вас с Норманом - действуют, как им вздумается, не посоветовавшись - уж поверь на слово - с более опытным и знающим начальством… Запомни, когда закончится эта история, оба получите хорошую взбучку. А пока поспешим в больницу спасать твоего напарника…