Ближе к полудню пришлось вернуться, спрятавшись в тенистой аллее: Мелена всегда сама приносила обед любимому мужу. Оставалось только подкараулить её на выходе из парка, что я и сделал. Она встретила меня спокойно, словно ожидала этого, и, приветливо улыбнувшись, поинтересовалась самочувствием. Так и хотелось взять её за подбородок и, заглянув в насмешливые, лукавые глаза, спросить:

– Признавайся, лиса, что помимо интрижки вас связывало с Беном Дарси?
– но вместо этого вежливо улыбнулся:

– Госпожа Мелена, клянусь - всё, что я сегодня услышу от Вас, отправится со мной в могилу…

Она засмеялась, и от этих нежных переливов сладко сжалось сердце:

– Дасти, с чего ты решил, что я буду откровенничать с потерявшим память убийцей?– коварная искусительница погладила тонким пальчиком щёку «жертвы», окончательно смутив «грозного сыщика», - но, пожалуй, на один вопрос ты получишь ответ. Спрашивай, а то близнецы скоро проснутся…

Я никак не ожидал подобной фамильярности и потому растерялся, что ещё больше рассмешило Мелену. Она едва коснулась пухлыми губами моего уха, шепнув:

– Когда вспомнишь, о чём хотел спросить - приходи, дорогу знаешь…

Жена моего доверчивого рогоносца-напарника ушла, оставив после себя дразнящий цветочный шлейф и короткое, словно удар под дых, воспоминание: я увидел её просвечивавшее через прозрачную сорочку восхитительное тело и собственные пальцы, срывающие этот невесомый покров…

Смущённый и злой, попытался взять себя в руки:

– Не верь ей, Дасти, эта женщина лжёт также легко, как дышит. Она просто манипулирует тобой, пользуясь потерей памяти. Кто знает, как всё было на самом деле?
– я перевёл дыхание, - итак, Мелена открыто назвала меня убийцей. Хитрая бестия точно что-то знает, или… она - одна из нас? Вот же, называется, устроил допрос - всё только ещё больше запуталось…

Задумавшись, я чуть не наткнулся на напарника, сидевшего на знакомой скамейке и безо всякого удовольствия ковырявшегося в горшочке с ароматным мясом. Рядом с ним на красивой салфетке стояли большой нераспечатанный кувшин и парочка румяных булок.

– Что такое, Остин? Где твой знаменитый аппетит?
– меня так и подмывало посоветовать ему получше приглядывать за женой, но благоразумие победило.

Любитель вкусно покушать с готовностью поделился сдобой, буркнув:

– Ты всё ещё считаешь Остина Гибба предателем? Обидно…

В ответ пришлось быстро уничтожить обе булки, делом доказывая свою непоколебимую веру в его честность, и он быстро повеселел, заставив опустошить кувшин с каким-то приторно-сладким напитком. После чего мы обсудили последние новости и пришли к решению, несмотря на запрет начальства, всё-таки посетить господина «мистика».

Я поглаживал живот, прислушиваясь к подозрительному бурчанию в его глубинах:

– Давай сам схожу к этому Адаму - Лурк точно рассвирепеет…

Но Остин упёрся:

– Пойдём вместе… Ничего он нам не сделает - есть наводка, что этот шарлатан покупал подозрительные снадобья у Шаня. Так что придраться не к чему - мы, как его, расследуем убийство старика.

Я одобрительно похлопал напарника по плечу, и вскоре служебная коляска остановилась у особняка бывшего предводителя клуба «Заблудшая душа». Тот встретил нас почти с распростёртыми объятиями. Бедняга был не на шутку перепуган - его растрёпанные волосы стояли дыбом, глаза слишком возбуждённо блестели, видимо, от чрезмерного употребления «эликсира». А тощая как у гусака шея была замотана шёлковым платком…

В кабинете Адам Чадински с готовностью продемонстрировал нам «следы нападения», и помрачневший Остин крякнул:

– Похоже, душили тонким шёлковым шнуром. Знаю я одного любителя таких верёвок, но он уже пару лет как вкалывает на рудниках острова Пейри - оттуда ещё никто не сбегал… Как же Вам удалось выкрутиться, господин «маг»?

Несчастный Адам чуть не плакал:

– Слуга услышал шум и вовремя пришёл на помощь, иначе… - он шумно высморкался в большой платок, хлюпнув покрасневшим носом - господин Лурк мне не поверил, но это был Ваш приятель Дарси…

Мы с Остином нависли над пострадавшим «любителем поболтать с призраками» как коршуны над обречённой птичкой:

– На чём основаны эти слова? Вы разглядели его лицо? Он что-то сказал?

Бедный «мистик» замахал руками:

– Было темно, но я слышал странные звуки– этот человек точно хромал. Говорят, на ноги Дарси упал шкаф, правда? К тому же, мне прекрасно знаком голос Бена - мы иногда выпивали вместе, и ещё - запах его одеколона, такой раздражающий аромат хвои и тёмной восточной смолы, той, что жуют. Она же запрещена законом, но Дарси всегда находил её у контрабандистов. Поверьте, он был отчаянный парень, кроме него никто бы не решился так открыто демонстрировать свои пагубные привычки. Как только господин Лурк это терпел?