– Привет, сестренка! – сказал он, и чуть отстранив ее от себя, указал рукой на меня. – Знакомься, моя девушка Майя.

Она окинула меня взглядом хитрых смеющихся глаз, прямо как у лисички, и довольно мило поприветствовала.

– У вас знакомое лицо, – напоследок добавила Ксения, после чего удалилась, чтобы поздороваться с кем-то еще.

Не смотря на ее ангельскую улыбку, у меня закралось ощущение, что у этой милашки разгон от зайки до стервы примерно, как у Феррари Тотлебена. Но может я была слишком предвзята в этот момент, чтобы судить объективно. Признаюсь, меня несколько задело, что родителям он представлял меня как свою невесту, а тут я резко откатилась до статуса девушки. Но зацикливаться на этом я не стала и заняла свое место за столом.

С нами сидели родители, сестра Тотлебена и еще какая-то пара. Как позже выяснилось, это была близкая подруга Ирины Сергеевны, по совместительству крестная Ксюши и ее супруг. Пару мест за столом пустовало.

Вечер протекал довольно мило. В разгар торжества, когда приглашенный довольно известный певец исполнял свои серенады, в зал вошла достаточно необычная пара.

– О, смотри, братишка, твоя подружка идет, – достаточно громко сказала Ксюша, сидевшая с другой стороны от Тотлебена.

Почему-то от ее слов сердце предательски екнуло, и я повернулась, чтобы посмотреть врагу в лицо. Пока я разглядывала незнакомцев, Тотлебен наклонился к сестре и что-то сказал ей на ухо после чего она сразу прикусила язычок.

К нам подошли двое. Пожилой статный мужчина держал под руку хорошенькую брюнетку с кукольным личиком и надутыми губками, как у обиженной девочки. Они отдали почести имениннице и заняли место за нашим столом.

С появлением еще одной девушки резко возросло напряжение. Ксюша обиженно молчала, я сидела как на иголках, а новоприбывшая незнакомка бесцеремонно улыбалась Тотлебену с противоположной стороны стола. Словно передавая ей вполне однозначное послание, он демонстративно накрыл мою ладонь своей рукой.

Однако девицу это мало смутило.

– Ксюшенька, котик, а ты не поменяешься со мной местами? – громко спросила незнакомка, манерно растягивая слова. – Я так давно не видела Сашу, соскучилась жутко.

– Ничем не могу помочь, – холодно ответила сестра Тотлебена, улыбаясь при этом так сладко, что мне даже стало не по себе, – здесь все на своих местах.

Когда словесная перепалка немного забылась, у Александра зазвонил телефон. Извинившись, он сказал, что это какой-то срочный вызов по работе и удалился. Девица, сверлившая нас глазами, тоже вышла из-за стола и отправилась припудрить носик, если ей верить.

Пользуясь отсутствием брата и незнакомки, ко мне подсела Ксюша и горячо зашептала на ухо:

– Не обращай внимания на эту дуру. Это дочка моего крестного. Сколько ее помню, она вечно клеится к моему брату, а он шарахается от нее как от огня, потому что простых вежливых отказов она не понимает. Слишком липкая мадам.

– Спасибо! Приму к сведению, – тихо ответила я, чтобы слышала меня только Ксюша.

– А еще она до сих пор считает, что я ребенок, и каждый раз вот так вот бесцеремонно себя ведет. В прошлый раз мы с родителями приехали к ним в гости крестного поздравлять. Сидим за столом, а она мне: «зайчик, сделай мне кофе». Как тебе такое?

– Так ведь не ты же хозяйка, принимающая гостей, – с недоумением сказала я.

– В том-то и соль, – с победным видом просияла Ксюша, – мне кажется, ей просто доставляет удовольствие демонстрировать свою власть. Правда, в чем она проявляется мне не понять. Ладно, в детстве она еще могла давить тем, что старше, но сейчас… Помню, было мне лет семь, Саша в гости приехал на каникулы, а Ритка тут как тут сразу. Выставила меня из комнаты брата как собачонку, сказав, что взрослым надо поговорить. Мне так обидно было.

– А сколько ей лет? – заинтересованно спросила я.

– Сейчас 30 вроде, – задумалась Ксюша, – тогда лет 17 было, а уже сохла по моему брату.

К нам вернулся Александр и пригласил меня танцевать.

– Секретничаете с сестренкой? – спросил он, прижимая меня к себе в танце.

– Обсуждаем твоих подружек, – коротко ответила я с загадочной улыбкой на губах.

– Если ты про Маргариту, она не моя подружка и никогда не была ею.

– Я поняла, – сказала я, не желая дальше развивать эту тему.

За этот час я и так испытала укол ревности. Не хватало еще излишне углубляться во все это и расшатывать свои нервы, обсуждая детали. Какой в этом смысл? Тотлебен и его сестра сказали одно и тоже. У меня нет повода волноваться, а все остальное – какие-то влажные фантазии отвергнутой девицы. Сколько их еще таких будет?

Остаток вечера прошел практически идеально. Мы много танцевали, шутили, смеялись и неустанно поздравляли именинницу. Прилипчивая Марго крутилась поблизости, где бы мы ни находились, но ни я, ни Александр не обращали на нее внимания.