– Неплохо вас кормят.

Я нашел те фото, которые уже видел на экране Сумского.

– Так вот. Любой мало-мальский специалист сможет идентифицировать ваши физиономии. В момент совершения преступления! Этого достаточно, чтоб завести уголовное дело. Значит, претензии к нам быть не может. Все в рамках самообороны. Если ты будешь упорствовать, я просто уйду в дом. А потом вызовем скорую и полицию.

– А я? – прохрипел сбитый с толку бандит.

– Ну уже не ты, а твое растерзанное тело будет лежать здесь, на травке. Без признаков жизни. Доберман не только за яйца может ухватить, но и за горло. Я заплачу штраф, и концы в воду.

Не так видимо налетчик представлял себе это дело. В глазах мелькнула решимость, и он, снова почувствовав себя черепашкой – ниндзя, вдруг заявил:

– Ты не сделаешь этого!

В ответ я флегматично пожал плечами.

– Я нет. А он да!- мой кивок головой в сторону Герца произвел впечатление.

Глава 18

– Эй, скажи, что ты пошутил! – в голосе бандита послышался страх.

Очевидно, он, наконец, понял, что тут не в игрушки играют, а схлестнулись жизненно важные интересы.

– Я что, на клоуна похож? У меня нет желания тратить на тебя время. Да? Или даю команду собаке? Герц, чужой!

Мой, обычно ласковый и нежный, теленок злобно оскалил клыки и зарычал.

– Черт с тобой! Записывай, - здравый смысл победил сомнения.

Только мы закончили репортаж, во двор влетел Димка. Очевидно, Марина позвонила ему, когда сама еще не осознала, что все самое страшное позади.

– Где они? Что с ними?! – заорал он еще от калитки.

Я успокаивающе поднял руку и приготовился к самому худшему.

– Я его сейчас урою!

– Димыч, его уже Герц урыл. Видишь, на дело в черных штанах пришел, чтоб не видно было, что обделался.

Я попытался пошутить, чтобы как-то снизить градус неминуемого напряжения.

– К тому же я записал компромат, от которого он каждый день икать от страха будет и ждать, что за ним придут.

Димка неопределенно махнул рукой и побежал к дому.

На душе скребли, казалось, не кошки, а настоящие саблезубые тигры, готовые разорвать мой стабильный внутренний мир в клочья. Я не знал, как исправить ту давящую неловкость, которая все нарастала. Идти в дом, объяснять что-то, было так же нелепо, как доказывать, что ты не верблюд. Стоять на месте и думать, как бы еще напугать эту шестерку Сумского, тоже не вариант.

– Пошел вон отсюда, - так и не выстроив план мщения, я решил просто изгнать его с глаз долой. Опасливо поглядывая на Герца, пятясь, он добрался до калитки и, шмыгнув в нее, с треском захлопнул, чтоб почувствовать себя в безопасности.

Кто бы мог подумать, что домашнего любимца я когда-нибудь смогу использовать в качестве устрашения? Я благодарно потрепал по холке зверя и еще раз поблагодарил Вселенную за то, что я оставил Герца и Варю здесь. А потом еще раз за то, что хватило ума не отвернуться от нее тогда. Вернее, Зинчуку спасибо, что хоть и не помог, но зато вовремя позвонил, и мне ничего не оставалось, как оставить Варвару у себя. Страшно подумать, что было бы, не окажись они рядом! И как же она вовремя мне позвонила! Получается, что Варюшка - самый настоящий мой ангел-хранитель. Маленький, слабенький, неприкаянный, но отчаянно смелый. В душе защипало, будто с нее содрали кожу и сыпанули солью. Невольно вспомнились пронзительные строчки Долинского:

Мне звезда упала на ладошку.

Я ее спросил - Откуда ты?

– Дайте мне передохнуть немножко,

я с такой летела высоты.

А потом добавила, сверкая,

словно колокольчик прозвенел:

– Не смотрите, что невелика я...

Я умею делать много дел.

Маленькая добрая звездочка, которая упала мне на ладошку. И чтобы она не растаяла, как та из песни, пока буду говорить, я должен защитить ее. И сейчас успокоить – я даже не могу представить себе, как она перепугалась.

Наконец подъехали ребята, и мне уже ничего не оставалось, как идти с повинной головой к Демидовым. Но тут получил небольшую передышку перед неизбежным. На террасе я наткнулся на Варюшку, котороая забралась с ногами на стул. Обхватив двумя руками чашку, наверно, уже остывшего чая, она уставилась в одну точку, даже не заметив моего приближения.

– Варя, - негромко позвал девчушку, боясь испугать.

– А?! – она чуть не подпрыгнула от неожиданности.

– Ты здесь останешься с Герцем или домой вас заберу? – озвучил я еще одну проблему, которая требовала немедленного решения. С одной стороны, с Герцем дети быстрей в себя придут, а с другой не хочется лишний раз о себе напоминать.

– Арсений, мне очень неуютно будет здесь. Они сейчас будут кудахтать над детьми и раз за разом озвучивать произошедшее. Я уже чувствую себя лишней. Они семья, и после всего это будет ощущаться особенно остро. Мы лучше домой поедем, - она озвучила свое видение и тут же испугалась последних слов.

Трогательная, деликатная девочка. Где же твой дом? Меня опять накрыло волной острой жалости. Я обязан сделать для нее что-то хорошее, запоминающееся, чтоб она забыла пережитый ужас.

– Минутку подожди. Сейчас попрощаюсь, и поедем, - я сказал это твердо, но остался стоять на месте.