— Кас сказал, что они здесь ни при чём. Сослался, что вчера приговорённый пронёс сюда мешки с картошкой, а их в деревне не было.

Да? Так можно было?

Ладно, не время удивляться и насмехаться над местными порядками и выкидонами. Стоит хорошенько напрячь мозги.

Староста у нас… это кто?

— Милейший, — немного подумав, я всё же огибаю дракона, решительно выступая вперёд, — Если вы не хотите войти и наказать вора, то давайте обсудим детали нашего дальнейшего сотрудничества.

Мужик лихорадочно оглядывается, будто я могла бы предлагать сотрудничество кому-то ещё, а сам он это сотрудничество в гробу видел. Лошадь под ним испуганно блеет.

— Даю вам два мешка картошки взамен украденного и ещё три сверху, за которые вы мне дадите по литру масла за каждый. Если подождёте, то готова выделить две томатные ягоды к завтрашнему вечеру. Абсолютно бесплатно и только потому, что вы мне нравитесь.

Официально заявляю, я упахалась.

С тех пор как Густав-Густэр удалился в закат на своей лошади, ничего внятного мне не ответив, я потушила ещё две сковороды с картошкой и помидорами. Ну ладно, мы с Энлии, Клинваром и Минком потушили — не только я, все помогали. Но упахалась, кажется, одна я.

— Эта тоже готова! Едим здесь. — приказываю я.

Ничего, солдатня недоделанная, я вас научу, как на хороших людей свои преступления скидывать.

— Здесь? — Энлии растерянно обводит взглядом нашу полевую кухню и недоверчиво косится на Минка.

Ох, боже ж ты мой, всему учить нужно.

Беру ведро и переворачиваю его вверх дном, — всё равно у него ручка оторвана и её заменят верёвка, — ничего ему не будет:

— Это наш стол. Клинвар, тащи сюда сковородку! Будете есть!

Под ошарашенными и недоумёнными взглядами, я упираю руки в бока и грозно свожу на переносице брови:

— Я о чём-то сложном прошу?

Ничего, привыкнут ещё ко мне и к моим хитростям.

Ну а что? Дэйвару, его подсобникам и Лизе мы уже одну сковородку с картошкой отнесли. Точнее, Клинвар с Минком отнёс, прихватив с собой на обратной дороге, крышку и мешки с картошкой, которые перекочевали за Стену старосте. Тут уж мне деваться было некуда. Ворованное нужно было отдать сразу. Ну или не отдавать и забыть о сотрудничестве.

К слову, староста оказался хорош… Мешки-то проверил, прям как я, когда их рыжий перекинул на нашу сторону. Ещё и заявил, что это не его картошка. Странный. Я предложила, закрыть тему и вернуть мою картошку, если ему что-то не нравится, но он отказался.

…здесь вообще все странные, на кого ни посмотри.

— Я думал, ты готовишь солдатам. — не то спрашивает, не то возмущается дракон, всё же выполняя моё распоряжение и ставя скворчащую сковороду на перевёрнутое ведро.

— Я тоже так думала, пока старосту не увидела и не узнала, какие они заразы. Перетопчутся. Пусть поголодают сегодня. Слюной изойдут в воспитательных целях. Завтра посмотрим.

— Видимо, я не так тебя понял. — пожимает плечами Клинвар. — Мы этими выходками можем их только разозлить. Тогда уж точно от них ничего не допросишься.

— Осуждаешь мою мстительность? Они из нас, вообще-то, воров сделали.

— Это тюрьма, Ольга. — зачем-то напоминает мне.

— Логично. Только мы картошку не крали. Нам сбыли ворованное. Нас самих обманули. А настоящие воры, вон, — машу рукой в сторону виднеющегося неподалёку проёма в Стене, — Заглядывают сюда, как на экскурсию. Посмотреть на экспонаты за стеклом, да запахи понюхать. Не такое уж и суровое для них наказание — день поголодают. А будут возмущаться… пусть со своих уполномоченных и спрашивают пропитания.

— Я перестал тебя понимать. На что ты тогда рассчитываешь?

И чего это на меня все так заинтересованно смотрят?

— На кого. Я рассчитываю на старосту. Этого Густава-Густэра.

Дракон снисходительно улыбается и закатывает глаза.

О! Ну вот, теперь всё нормально. А то я уж думала, что сегодня сплю весь день, все такие сговорчивые, работящие и понятливые.

— Что это ты мне тут глаза закатываешь, а? — обиженно вопрошаю я.

— Он получил своё. Ты сама сказала отдать ему два мешка картошки. Мы отдали. Зачем ему возвращаться?

Отдали и отдали. Не просто же так отдали, боже! Неужели это так сложно?

— Если бы мы не отдали сразу те два мешка, Клинвар, вероятность того, что он забыл о своих затоптанных грядках и картошке была бы непозволительно высока. — змеёй шиплю я. — Ты верно напомнил, это тюрьма. Что он может? Ничего. А так он хотя бы увидел, что мы её не сожрали! Что мы порядочные! Что с нами можно иметь дело! И солдаты… — переведя дыхание, я перехожу на шёпот: — Ты не смотри, что я их голодом морю, но, если они не совсем тупые, то они тоже проникнутся к нам доверием.