— Мы с Русланом вместе, — добавила тоном, не терпящим возражений. — Вам придется это принять. Мы уже взрослые люди и сами решим, что нам делать.

Надежда Ивановка брезгливо цокнула, а моя мама продолжала тихо приговаривать слова жалости себе под нос. Отвратительное зрелище.

— Пойми, Олеся, — жалобно протянула она. — Если ты любишь моего Руслана, оставь его в покое. Пожалей его.

— Руслан будет со мной счастлив, — заверила я, хватаясь за последнюю возможность убедить родительницу парня.

У меня появился огонек надежды, неожиданно вспыхнувший в кромешной темноте.

— Неужели тебе Русика совсем не жаль? — всхлипнув, проговорила она, театрально прикладывая носовой платок к глазам. — Володя же его из дома выгонит. Наследства лишит, если узнает, что Русланчик за спиной у Сережи невесту отбил. Так унизил старшего брата!

— Что вы такое говорите? — возмутилась я. — Это неправда! Я давно САМА хотела уйти от Сергея. И ваш супруг не может быть настолько жесток по отношению к РОДНОМУ сыну!

— Руслан ему не родной, — как приговор прозвучала ужасающая реплика.

Перед моими глазами потемнело и ноги бессознательно подкосились. Что сказала эта женщина? Сердце пропустило удар от такой зловещей фразы, которую она произнесла так, словно объявляла о пасмурной погоде за окном.

— Русланчик мой сын, — объяснила она и я инстинктивно посмотрела на свою маму, которая кивнула, невозмутимо подтверждая слова женщины. — От другого мужчины.

— Я не верю, — всхлипывая, прошептала я. — Вы меня обманываете специально, чтобы я бросила его. Не верю ни единому вашему слову!

— В глубине души ты сама все хорошо понимаешь, — сдавленно пробормотала она.

— Это правда, дочка, — объяснила неожиданно мама.

Неужели она обо всем знала?

— Мы с Надеждой раньше были хорошими подругами, — добавила она, понуро опуская голову. — Я об этом знала.

— Я только начала верить в то, что Володя принял его как родного, — жалобно пискнула «будущая свекровь». — На работу устроил, в наследство включил. И тут ты нарисовалась, — укоризненно пробормотала она. — Неужели тебе мало? Тебе одного моего сына было недостаточно?! Сергей же и так тебя деньгами осыпал.

— Ну-ка прекрати, — как гром среди ясного неба, возмутилась моя мама, неожиданно влезая в наш диалог. — Выбирай выражения. Мою дочь с собой не сравнивай. Она порядочная, понятно тебе?

— Пожалуйста, Олеся, — не взирая на мою мать, молила Надежда. — Оставь Руслана. Дай ему возможность быть счастливым.

Но я ее не слушала. В голове эхом проносились слова Руслана, сказанные мне прошлым днем. О том, как он добивался внимания отца. Как слезно он желал стать достойным их фамилии и делал для этого все, что было в его силах.

— Он сильный, — по моим щекам неконтролируемо текли слезы. — Он со всем справится, и я ему помогу. Я буду рядом, — всхлипнула я.

— Ты его погубишь! — пискнула женщина. — Володя откажется от него, и Руслан никогда тебе этого не простит.

Я осела на краю кровати, потому что ватные ноги не держали, а от озноба затряслось мое тело.

— Какая же ты эгоистка! — вскрикнула Надежда. — Если бы ты любила Руслана, ты бы думала о его благополучии, а не о себе!

Спрятав лицо в ладонях, я опустила голову. Льющийся ливнем поток из слез не прекращался, нанося один за другим мне душевную рану. Это уже слишком. Каждая брошенная фраза из уст Надежды Ивановны тупым ножом разрезала мне сердце.

Руслан — не сын своего отца. И он этого не знает.

— Лариса, ты воспитала эгоистку, — пробормотала Надежда, рыдая на груди моей матери. — Владимир пустит моего сына по миру… — буркнула она, всхлипывая.

Голоса и рыдания прекратились. Мне казалось, что на мгновение, после того, как женщины покинули мою комнату, я оглохла. Мой телефон несколько раз завибрировал, сигнализируя о новом сообщении, но мне было не до переписок.

— Ты оставишь моего младшего сына в покое, — резюмировала Надежда, снова возникая на пороге моего дома.

— Он меня не оставит, — акцентируя на первом слове, прошептала я. Размазанная тушь противно приклеилась к моим щекам и следы от нее перешли на подушку.

— Оставит, — шмыгнув носом, произнесла она. — Я даже знаю, что ты ему скажешь.

Руслан

— Почему ты так долго не отвечала? — я не смог скрыть возмущения в своем голосе.