— Если так тяжело остались бы с остальными слабаками, — безразлично бросил Коновницын.

Боярин шел первым и принимал на себя весь основной удар непрекращающихся колоссальных выбросов энергии. Врезаясь в неприступную защиту Коновницына, волны энергии рассыпались словно о скалу. За свою безопасность боярин ничуть не переживал, разве что не хотел потерять цилиндр в этом урагане, а потому постоянно придерживал его левой рукой.

— Будущего покойника забыли спросить, — зло хмыкнул Костя, — советую провести свой последний год с пользой. Написать завещание, отложить деньги на похороны, гроб заказать.

— Переживай лучше о себе, наивный мальчишка, — меланхолично отозвался Коновницын и нарочно ускорился.

Князь Адлерберг стиснул зубы от возросшего давления, но останавливаться и не думал.

— Я вот тоже не могу понять, — замедлилась и повернула свое очаровательное личико Екатерина Богданова.

Последняя из четверки упрямцев, кому после тяжелой победы над Зеркальным и закрытием Прорыва хватило смелости и сил пойти дальше. Правда совсем молодой на вид студентке смертельно опасный путь давался чуть ли не легче чем бессмертному Коновницыну.

При этом двигалась девушка без посторонней помощи.

— Чего? — натужно спросил Костя.

— Зачем напрасно рисковать жизнью? — поинтересовалась Катя, — это ведь глупо. Ваши друзья ранены, а ты прихватил с собой одного из целителей ради... ради чего? Зачем вы, будучи на волоске от смерти, упрямо продолжаете идти туда, где ничем не сможете помочь?

— Спросила та, кто без зазрений совести оставила позади свою мать, — съязвила обычно хладнокровная Майя.

— Это не то же самое, — отмахнулась Розовая Ведьма, — мама осталась лечить Арсения. К тому же с ней Агата. Да и риска для моей жизни никакого нет, выбиралась из мест и похуже. Так зачем? Кто для вас Марк?

— Не твое дело, самозванка, — прорычал Костя.

— Лучше молчи и береги силенки, дерзкий мальчик, — игриво улыбнулась Катя, грациозно развернулась на одной ноге и ускорилась.

— Сраные чудовища, — прохрипел Князь Адлерберг, старательно вытягивая из себя крупицу за крупицей.

Окружающее давление нарастало с каждой секундой. В небе впереди виднелись взрывы. Черный снег застилал глаза, а ударные энергетические волны от столкновения двух божественных сил с корнем вырывали деревья и клочья земли.

Молодой мастер уже давно перешагнул черту возможностей своего ранга и запасенных артефактов, но продолжал отчаянно идти вперед.

Спустя десять самых мучительных минут пути отставшие Костя и Майя выбрались из леса. Перед их смертельно уставшим взором раскинулась залитая ярким лазурно-голубым светом поляна. Внутри нее с трудом угадывались два сражающихся силуэта. Двигались они настолько быстро, что человеческий глаз просто не мог за ними уследить.

Да что там, даже понять кому принадлежали силуэты, кто «наш», а кто «враг», было невозможно.

Но сейчас их истинным врагом было окружающее пространство, что продолжало бесконечные попытки пробить защиту и убить незваных гостей. Разорвать из на кусочки и пустить в бешеный энергетический круговорот вокруг.

Небо давило безгранично черным полотном. Обломки деревьев угрожающе кружили вокруг вперемешку с камнями, ветками и черной пылью.

Однако во всей этой смертельной суете взгляд Кости зацепился за едва заметный отблеск знакомой ему силы Романовых в самом центре.

— Он там, — облегченно выдохнул Костя и рухнул на колени.

— Господин жив, — радостно вторила ему Майя.

Екатерина Богданова и Коновницын хоть и пришли раньше, но стояли здесь же, напряженно наблюдая за происходящем внутри поляны.

— Этого упрямца так просто не убьешь, — искренне улыбнулся Коновницын.

— Еще бы, это ведь Марк, — с теплом добавила Катя, сжав кулачок в области сердца.

— Что там происходит? — спросила не отводящая взгляда от центра поляны Майя.

— Определяется будущее человечества, — пожал плечами боярин и неожиданно всю вокруг на миг замерло, — ЛОЖИСЬ! — повелительно гаркнул Коновницын и резким взмахом накрыл всех четверых цветастым куполом.

Столб яркого света поглотил Аномалию. Энергетический взрыв чудовищной силы устремился вовне, расщепляя камни, деревья, тьму вокруг и все до чего мог дотянуться.

Даже защитный купол боярина не выдерживал. Трескался и пронзительно трещал, пока наконец не лопнул под давлением.

Пара секунд понадобилась четверке осознать, что они живы и открыть глаза. Тьмы вокруг не было. Черные облака рассеялись, энергетическое давление исчезло, а дышать удавалось свободно.

На поляне Аномалии не осталось ни божественных силуэтов бившихся насмерть, ни барьеров, ничего. Только одиноко лежащее по самому центру мужское тело.