– Что-то случилось? – Клеймённый продолжал движение и хорошо, что отвернулся. Мужской спине проще врать.

– Всё прекрасно!

Все действительно прекрасно, поэтому улыбалась. Совсем немного неприятно или страшно, как будто чужие когти драли грудь плохим предчувствием. Я была почти уверена в провальности плана, удача в последнее время отвернулась в другую сторону, противоположную моей. Я приготовилась, честно, умереть, а сейчас жива и с Артемом.

– Сегодня на острове было очень много комаров. Покусали гады! – мало ли заметил мои почесывания. – А нам далеко идти? А то я не чувствую ног от холода и не удивлюсь, если отморозила придатки.

Через несколько минут наш путь закончился возле красной девятиэтажки. Артем одной рукой все время держал за ладонь, будто боялся, что убегу, а второй набирал код на двери. На шестом этаже возле одной из квартир достал ключ и открыл дверь.

– Та-дам! – У Артема в голосе и в жестах проскальзывал фонтан энтузиазма. Друга не узнать.

Первой меня пропустил в квартиру, зашел следом и включил свет в прихожей. От щелчка я всем телом вздрогнула и отвернулась в сторону коридора, из которого вели три коричневые деревянные двери. Артем смотрел за моей реакцией. А у меня реакция была странная – я избегала смотреть на друга, любыми способами скрывала лицо.

Настала неловкая пауза.

– Ты как-то странно себя ведешь! – физически ощутила любопытное прикосновение взгляда Артема. Он пытался заглянуть в мое лицо, прикрытое капюшоном от куртки.

– Я страшная, как твоя и моя жизнь вместе взятые. Нас немного поучили правилам существования между Карателями и Клеймёнными, - фыркнула насмешливо.

Одной стороной капюшона поплотнее прикрыла половину лица вплоть до кончика носа. И попросила:

– Не смотри, ладно?

Поверил. Видимо я нашла необходимые слова для успокоения. Артем разулся, показал квартиру, пояснил что это собственность погибшей сестры -- друга и мы можем некоторое время здесь пожить. Затем минут десять показывал, что где и как. Где спать, где есть, пить и мыться.

Я с удовольствием помылась гелем для душа с запахом мандарина. Чистый кайф пахнуть не обычным хозяйственным мылом и купаться не в озерной воде, а в теплой. Стояла с прикрытыми веками, в полудреме, прислонившись лбом к зеркалу в душе. Силы покинули тело. Адреналин полностью испарился под воздействием тепла. Он был мощным энергетическим толчком в процессе бегства. Если бы не адреналин и желание сбежать от Гектора давно бы упала и не вставала или сдалась прямо на границе.

Сил не хватало, чтобы взять полотенце и высушиться. А повернуть рычажок с водой и дойти до дивана вовсе казалось непосильной задачей.

Немного взяв себя в руки, смогла голой опуститься на пол душа и выключить рычажок, чтобы вода не попадала на голову, в особенности на глаза. А потом свернулась в позе эмбриона, поджав колени к груди, и про себя гадала: «Воздух же не закончится в закрытом, напаренном помещении душевой кабины?»

Тогда это будет самая глупая смерть. Сбежать от Гектора и задохнуться в душе? Войду в десятку самых нелепых смертей.

Я глупо засмеялась, прикрыв уставшие веки, поудобнее свернулась, а то холодом веяло по пояснице под створками душа.

Радостно освободиться из клетки, в которой сидела. Сво-бо-да – какое приятное слово и звучало гордо. Очень приятно обставить Карателей.

На некоторое время я провалилась в крепкий, но видимо быстрый сон. Резко поднялась, почуяв дикий холод, зубы стучали во сне.

Когда вышла из душа, в маленькой кухне на столе обнаружила белый листок с надписью: «Отдыхай. Я в школе». На широком диване Артем расстелил белье на «двоих», туда я лицом и упала. Приземлилась на мягкую подушку, а ноги остались свешенными на пол. Лежала в одном нижнем белье, только на бедра накинула простыню и закрыла глаза. Как же я крепко и свободно спала впервые за многие дни. И улыбалась сквозь сон.

Следующий день лежала и не вставала, даже на покушать не поднималась, было лень пошевелить костями. Хоть стая Карателей пусть нападет на квартиру, я бы не поднялась.

Артем такой и застал.

– Ты не вставала? – плечом Клейменный подпирал косяк двери и рассматривал меня, по-прежнему лежащую на животе и обнявшую подушку.

Я почесала нос о подушку из стороны в сторону, что означало отрицательный ответ.

Артем присел рядом, смяв весом диван, в результате чего я скатилась в ямку, уткнувшись бедром в его бедро. Благо раздражение от "привязки" прошло, остались лишь последствия драки.

На это Артем обратил внимание, аккуратно погладил щеку и надавил на веко. Проверял буду морщиться или нет.

– Это сделал Гектор?

– Нет! – вырвалось громко. Не ожидала, что слишком громко скажу. Вроде бы руку Гектор на меня не поднимал, не совсем уж «конченный» Каратель. Хотя он не заслужил, чтобы я его защищала.

– Ты его защищаешь… - сделал похожий вывод Артем.
– Защищаешь того, кто нас убивает, калечит и вершит над нами суд. Он тебя преследовал…

Голос друга набирал мощь, обрушивался на меня, и без того побитую, что морально, что физически. Я игнорировала взгляд Артема, блуждающий обвинительно по лицу. Тот искал ответы на вопросы на моих ресницах или губах, еще помнивших поцелуй Карателя.