Много угроз посыпалось на наши плечи, а дуло прибора упиралось в позвонок и давило, не давая двигать шеей, лишь покорно лежать головой на коленях. И отсчитывать шестьдесят секунд.

Крики, стоны, плач и холодное небо на границе с Приамом – все что запомнила. И покой, будто нервные клетки разом отключили, никаких нервов, покой и умиротворение. Холодное безразличие на крики, на приказы, на боль в теле. Огородилась от этого места, будто не здесь, а в другом.

Повернула голову влево по-прежнему лежа на коленях щекой, а в стороне - Эля что-то объясняла Карателю точно также склоненная вниз. Ее трясли за шею и кричали на ухо, а она закрывала глаза от крика, но продолжала рассказывать.

– Не двигайся, мразь! – приказали мне, когда я попыталась пошевелить затекшим телом в неудобной позе.

В голове всплыла песня, которую один раз слышала. Всего один раз, стоя на крыше дома. Плохо, что не было красивого голоса, как у Гектора, и стыдно им петь, да и он дрожал, когда начала произносить (нашептывать) знакомые строчки. Как отпечатались в голове простые слова, как запали под корку головного мозга.

Про свободу, про зло и добро. Про душу и что в ней нет больше места для него.

Я похожа была на умалишенную, поющую в бреду набор слов, который остался в памяти.

Я была свободна аж целых пять минут от острова до этого блокпоста.

Обратно больше не вернусь. В плен не дамся. Под надзор Карателей – никогда. Живой, по крайней мере, в тюрьму к Карателям не вернусь…

– Что это за отбросы? Клеймённые? Не похожи на людей…

– Сидеть, сука! – от затекания попыталась поднять голову с колен. Тогда же удар пришелся по шее, ослепив на секунду. Заставив белый снег под ногами потерять цвет и стать серым, блеклым. Меня держали за шею, клонили головой вниз и громко кричали на ухо:

– Лежать, пока разбираемся, откуда вы взялись!

Зачем же кричать? Зачем люди так поступали? Зачем преследовали на улицах городах, зачем сдавали Карателям? Потому что боялись и от это ненавидели. А Каратели зачем сейчас душили? Сейчас -- зачем больно впивались пальцами в мою шею? В будущем останутся синяки от хватки. Я разве такая плохая? Каратели завидовали нашей силе, ведь сами были лишены возможности высасывать через эмоции энергию из людей.

Люди и Каратели, как маленькие дети, мне их всегда было жалко. Они же не виноваты, что ущербные, лишены энергии.

Зачем они провоцировали нашу силу? Она же убьет их, наивные дети…

И помните, прежде я их жалела.

Не я первая начала сопротивляться, но я поддержала. Извернулась, схватила за запястье мужчину и перекинула через себя, спиной уронив Карателя на снег. Издав вскрик, тот на миг потерялся в пространстве, остался лежать и смотреть на фонарь и меня с ярко полыхающим огнем на руке.

Красиво, Каратель?

Черная стена Карателей, две стеклянные будки и четыре припаркованные автомобиля возле обочины загораживали выход, где начинался округ Приам.

Мне больше не жалко, если кто-то умрет. Пальцы на обоих руках лизал, целовал мой друг – огонь, а я его госпожа. Куда скажу, туда и полетит. Придала ускорения и встряхнула сгусток шара -- раскаленного огня в машину. В черный внедорожник, расщепляя броском лобовое стекло. Машина ярко вспыхнула внутри, особенно кожа дорогого авто, языки пламени перебрались на капот. Каратели инстинктивно отпрянули от линии шлагбаумов, пятясь назад, ближе к Клеймённым. Боялись, что машина рванет и разлетятся на куски их жалкие, смертные тела.

Следующий удар-огонь пробил дыру в стеклянной будке, и заставил стол и кожаное кресло внутри помещения загореться яростным огнем. Стало невероятно тепло в холодном Приаме. Взрывная волна осколков попала на голову ближайшего Карателя. И мне было все равно пострадает он или нет. Я предупреждала неразумных детей – не играть с огнем!

Напуганные Каратели больше не предпринимали попыток добраться до нас, пытались убежать от возможного взрыва или от огня. Напуганные, ну в точности жалкие дети.

А Клеймённые продолжили бегство. План номер один ожидаемо провалился, пришлось использовать номер два, а он неожиданно сработал.

Школу №63 знали все, а путь в нее -- не все, поэтому я, забрала Элю и девочку пятнадцати лет в розовом платьице. Втроем рванули мимо горящей машины на центральную дорогу Приама. Большими компаниями спастись не удастся, поэтому разделились по трое-четверо.

В ночное время патрули Карателей на каждом шагу, поэтому мы нырнули в темноту домов, рыская по кустам и прячась за домами и помойками. Медленно прислушивались к ночной тишине, избегали скопления разговорчивых Карателей. Шаг за шагом продвигались все ближе к Артему. И боялись бояться, слишком это роскошно для нашего состояния. Только бы до рассвета добраться до того места, в котором находился Артем и, судя по последним данным, не он один. Целое скопление Клеймённых.