Я снова вздохнула, отошла от окна в коридоре и тут увидела Ее. Тонкую, золотую нить.

Она была такой красивой, такой яркой. Я почувствовала себя словно в сказке.

— Следуй за золотой нитью, — пробормотала я себе под нос, и, хоть это и было глупо, я пошла за нитью.

Она бежала до стены коридора, а потом исчезала в одном из камней кладки.

— Квест, — решила я по себя.

Это было глупо и не обдумано, но я последовала за нитью. Я нажала на камень, в котором исчезала нить, и в стене отворилась потайная дверь. Я вошла в нее и оказалась на винтовой лестнице. Дверь за мной закрылась. Но я снова увидела свою золотую нить. Я последовала за ней дальше, вверх по лестнице, и очень скоро она снова вошла в камень в стене. Я нажала на него, и стена раскрылась, впустив меня в чью-то спальню.

Легкий утренний свет падал на кровать, в которой спал мужчина.

Я, стараясь не шуметь, но повинуясь какому-то странному любопытству, стала подходить к кровати. И тут нога моя задела нить. Не мою золотую помощницу, а другую. Тонкую нить, проведенную по полу. Нить эта дала толчок хитроумному устройству, стоящему на столе возле кровати, и скоро по комнате разнесся звон десятка колокольчиков.

Мужчина, до того мирно спящий, вскочил с кровати и уже через секунду повалили мен на спину, на перины, зажал весом своего тела и приставил при этом нож к моему горлу. Между тем, я узнала его. Барон.

— Ну что за семья, — подумалось мне, — Каждый хочет затащить меня в постель.

Я улыбнулась и спокойно сказала:

— Барон, это я — Сэй. Поверьте мне.

Лицо мужчины, до того выражавшее лишь ненависть и презрение, медленно начало меняться. Сначала оно изумленно вытянулось, а потом, когда глаза наши встретились, на лице барона появилось понимание, и уже через секунду он снова был красив и спокоен. Рука барона опустилась, и он слез с меня.

— Вы напугали меня, Сэй, — сказал он.

— Простите, я не хотела, — робко сказала я. Мне было неловко, но немного не от того, что я «напугала» барона, а скорее потому, что спал он в одних только штанах, а торс его оставался при этом обнаженным и он…

— Какой интересный у вас механизм, — перевела я тему, указывая на устройство с колокольчиками, стоящее на прикроватном столике у барона. С виду оно напоминало макет главного собора Сэн-Тубр, только в каждом окне висело по бубенцу.

Мне улыбнулись.

— Нам меня не единожды покушались, — сказал барон, — Потому и пришлось опоясать всю комнату тонкими нитями, при малейшем касании которых срабатывают мои колокольчики. Это напоминает мне спросить вас: как вы попали в мою комнату?

Хороший вопрос. Я могла солгать, сказав, что нашла ключи у горничной, или же я могла сказать всю правду. Я выбрала второе.

— Я пошла по золотой нити, которая и открыла мне потайные ходы ы вашу комнату, — ответила я.

Барон вздохнул.

— Надеюсь, хорошие отношения с золотой нитью только у вас, — пробормотал он, — А то я начинаю задумываться, не брать ли мне в постель мой меч.

Я рассмеялась. А барон, между тем, открыл шкаф и начал доставать из него одежду. В расстройстве я аж прикусила губу.

— Нам нужно придумать какой-нибудь код, чтобы вы быстрее узнавали меня, — сказала я, стараясь не глядеть на барона. А он, между тем, был чертовски хорош собой. Тело его, несмотря на возраст, было стройным и подтянутым. Мускулистым, но не слишком. Кожа его была бела. Ноги — сильными и длинными, а яго…

— Сэй, — прервал мое созерцание барон, — Вы можете отвернуться?

— Что? — покраснела я.

По лицу барона пробежала полуулыбка.

— Поверьте, я вырос при дворе, и я — не из скромников. В каком-то плане я привык к взглядам от женщин. Но когда на меня так смотрит мужчина, даже мне не по себе.

Я покраснела еще гуще. Демоны, со всем этими золотыми нитями и колокольчиками, я совсем забыла, что шла по замку в теле трубочиста, только что закончившего свою рабочую смену. А это означало, что я была мужчиной. Худым, низкорослым, грязно одетым мужчиной. К тому же перемазанном в саже как черт. Немудрено, что я так напугала барона.

— Простите, барон, — пролепетала я.

Мой собеседник лишь рассмеялся.

— Ничего страшного, я же сказал: княжеский двор стирает многие рамки стеснений. Между прочим, вы натолкнули меня на мысль.

— Вы наконец решили-таки одеться? — невинно спросила я, указывая на то, что несмотря на все свои высказывания, барон все еще стоял передо мной без рубашки.

— Нет, — помотал он головой, — То есть да. И то, и другое…Демоны, Сэй! Теперь это вы заставляете меня краснеть!

Я лишь скромно улыбнулась. Барон натянул белую рубашку, надел камзол, брюки и подсел ко мне на краюшек кровати.

— Я придумал нам кодовое слово, — сказал он.

— Неужели?

— Вы можете звать меня Герберт, — мягко сказал барон, — Поверьте, меня так уже никто не зовет.