— Девочка моя, — мягко говорит мне Марта, — Увы, я не могу держать тебя долго вне этих тел. Но я клянусь, что найду для тебя выход. Только не сдавайся! А теперь, боюсь, нам обеим пора.

И Марта исчезает. Растворяется в воздухе. А вслед за ней исчезаю и я.

В чье тело я попала после — мне не известно. Я не стала рассматривать его. Не стала оглядываться по сторонам. Думать кто я, где я, и что мне делать дальше. Быстрыми шагами вышла из комнаты, где находилась, и побежала. Куда-то. Хоть куда-нибудь. Наконец, взгляд мой выцепил деревянную дверь, которая, по моей памяти, вела в кладовку. Я юркнула в нее, закрылась и начала плакать. Я плакала, плакала, плакала — до тех пор, пока не высохли все мои слезы.

— Катерина, — твержу я себе, — Меня зовут Катерина.

Теперь я вспомнила это. Я вспомнила даже то, что имя мое было в своем роде уникально. Не знаю от чего, но родители назвали меня так. Всех остальных девочек, откликающихся на Катю, звали полностью Екатерина, и лишь мои глупые, безрассудные родители придумали нечто свое.

— Катерина! Меня зовут Катерина, — всегда и всем твердила я, когда к моему имени приставляли не нужную «Е». Это бесило. И я часто обижалась на маму и папу, что меня не назвали как всех. Что ж, напрасно.

Теперь я забыла своих родителей. Я силилась, изо всех сил старалась вспомнить кто они, как они выглядят, что любят, что — нет, но я их забыла. Это причиняло мне боль. Но теперь мне хотя бы вернули мое имя. Имя, данное мне родителями. Уникальное, не такое, как все. Мое. И я буду беречь его. Постараюсь не забыть. В память о них. Тех, кого я уже не могу вспомнить.

Дверь в кладовку отворилась и на пороге появился мальчишка-дворовой. Лицо его сначала онемело, а потом вытянулось от ужаса.

— Простите, — пролепетал он, и закрыл, буквально захлопнул, дверь.

Я вытерла слезы. Посмотрела на свои руки. Было темно, но в неясном отблеске света, идущем из дверной щели, я увидела шикарный перстень. Такие носили члены «всесильной девятки».

Я рассмеялась. Искренне, и от души.

— Бедный мальчик, — подумала я, — Как он удивился, увидев в кладовке залитого слезами дворянина.

Следующее мое перемещение было не из приятных. Момент — и я спокойно прогуливаюсь по ночному замку и уютном теле горничной.

— Самое время зайти к Жаку Симу, — думаю я, и тут: Свет. Камера. Боль. И я…

«Скачу» на каком-то мужчине. Тела наши обнажены, но на моей красивой тонкой руке, опирающейся на тело партнера, прекрасный женский перстень.

Я — княгиня. А подо мной…

— А!!!! Бла!!! — ору я, даже не желая знать имя своего компаньона.

Я соскочила с «лошадки», схватила с пола коврик из шкурки тигра и, обернувшись в него, выбежала прочь из комнаты, не обращая внимания на возмущенные окрики «близкого друга» княгини.

На счастье мое, уже темная ночь, и все обитатели замка спят, ну или…В общем: все в своих комнатах.

Я набрала в легкие воздуху и понеслась по коридору, молясь, чтобы никто меня не увидел. Конечно, княгиня не ангел. И изменять князю с кем-то…Ах…Но меньше всего на свете мне хочется быть застуканной в коридоре, когда из одежды на мне лишь шкурка тигра. Даже в теле красавицы-княгини.

Еще одной моей удачей является то, что коридор, по которому находится княжеская библиотека — совсем рядом. Я добежала до дери библиотеки и начала активно — ну очень активно — стучать.

Скоро дверь открылась на пороге появляется Жак Сим. В ночном колпачке и пижаме. Выглядел он мило и забавно, но выражение Его лица при виде меня я не забуду никогда.

— Княги…Сэй? Это вы?

Я смогла лишь кивнуть.

— Скорее проходите! — пропихнул меня внутрь библиотекарь, — О, Великий Вальтер, в чем вы пришли???!!!

— Ну, что было, — пожала я плечами.

Жак Сим неодобрительно посмотрел на меня, потом закрыл дверь родной библиотеки на все возможные замки, подпер ее стулом, потом сходил в свою «комнату при библиотеке» и принес мне какую-то длинную женскую сорочку.

— Откуда это у вас? — спросила я с подозрением.

— Ох, милая Сэй, — вздохнул библиотекарь, — Вы не представляете, насколько запасливым надо быть в Сэн-Тубр.

Мы рассмеялись. Жак Сим вышел из комнаты, сказав, что принесет нам чаю. Пока его не было, я переоделась и снова села за большой письменный стол библиотекаря.

Очень скоро мужчина вернулся с подносом и небольшим чайником. Жак галантно налил мне горячего напитка, и я с благодарностью приняла его. В замке было холодно. Особенно в ночной сорочке. Даже обернувшись в шкурку-коврик тигра.