Моё сердце замирает на секунду, но его глаза всё ещё закрыты.

— Не оставляй меня, Кей, — бормочет он.

Я втягиваю воздух и не выдыхаю, чувствуя, как приятно ноет сердце.

— Ладно, — шепчу в ответ.

Его рука обмякает и падает на землю. Я сижу рядом, тяжело дыша, а после занимаю место на входе в пещеру и всматриваюсь в темноту долины впереди, задаваясь вопросом, как я до такого докатилась. И как, чёрт побери, расценивать желание Рева удержать меня.

Я с трудом разлепляю сухие глаза, мышцы ноют. Камень подо мной неприятно впивается в блок. Странно, что я вообще смог спать в таких условиях.

Теневая магия покрывает нас лёгкой вуалью, но моей красавицы — фейри теней нигде не видно.

Её запах, её прикосновения, её стоны — всё всплывает в памяти разом. Мне стоило бы сосредоточиться на делах поважнее (например, на выживании), но все мои чувства завязаны на ней. Пока что придётся обойтись лишь этими фрагментами. Я должен бороться за её жизнь, особенно учитывая то, что я не уверена, будет ли она бороться за себя.

Её магия заполняет небольшое пространство, поэтому, несмотря на то, что я не вижу её саму и её вещей, я знаю, что она где-то рядом. Подхожу к выходу из пещеры и пересекаю теневой барьер. Магия проходит через меня, вызывая мурашки по всему телу.

Всего в нескольких шагах от пещеры начинается скала, с вершины которой можно увидеть дорогу, ведущую к Огненной Стене. Не так хорошо, как с нашего места в тридцати метрах отсюда, но вряд ли теневая защита Кейлин оставалась бы столь сильной на таком расстоянии. Небо всё ещё тёмно-синее, но горизонт потихоньку светлеет. До рассвета всего час или два.

Я хватаю свой рюкзак, в которой всё ещё большая часть наших припасов, чисто на всякий случай.

Забираюсь на безжизненный валун, и тут в мгновение ока тёмный туман рассеивается, открывая светловолосую фейри, при виде которой у меня захватывает духи. Господи, как она красива.

Ветер развевает её волосы. Заметив меня, она сощуривает глаза неяркого бронзового оттенка.

— Что? — спрашиваю я.

Она помедлила с ответом, слегка наклонившись.

— Что это был за взгляд?

У меня открывается рот.

Я не знаю.

— Я… просто подумал о том, какая ты красивая, — пожимаю плечами, чувствуя, как горят щёки.

Она хмурится, сбитая с толку, и зажмуривается, словно мои слова сильно её зацепили.

Её глаза распахиваются, и меня обдаёт потоком холодного воздуха. Её тени залетают мне за спину и крепко обхватывают, тьма льнёт к моей коже. Меня передёргивает. Кейлин жестом подзывает меня к себе.

Вместе мы смотрим на тропу внизу, на движение теней. В такой темноте я едва различаю силуэты, но там определённо что-то происходит. Может, это призраки?

Мне удаётся разглядеть бесформенные сгустки, двигающиеся туда-сюда. Их довольно много собралось в проходе. Я не ожидал, что в этом месте будут скапливаться какие-то существа. Нам же вроде говорили, что призраки редко пересекают стену? Или они просто собираются перед ней?

Вдалеке слышится слабое грохотанье. Я стою, не дыша. Это снова то чудовище? В долине воцаряется тишина, силуэты внизу замирают. Все как будто затаили дыхание.

Чего они ждут?

Земля содрогается от нового грохота.

— Думаешь…

Кейлин сильно сдавливает моё предплечье, и я замолкаю на полуслове. Я чувствую рукой её пульс. Её взгляд устремлён вниз. Может ли она видеть то, чего не вижу я? Вполне. Как правило, теневые фейри видят в темноте намного лучше других.

Горы, окружающие нас, дрожат, трясутся, будто они тоже страшатся прихода чудовища. Шаги великана становятся всё громче, всё ближе.

Моё сердце уходит в пятки, когда ревущее пламя потрескивает и расходится, словно разделённое ударом молнии.

Огромная фигура возникает среди тёмных всполохов огня. Пальцы Кейлин сильнее впиваются в мою кожу, а значит, она видит то же, что и я.

— Что это такое? — шепчу я.

Существо высотой в пятнадцать метров, с серой кожей и красными глазами. Чёрный огонь ласкает его тело там, где он ещё касается магической стены.

— Тсс, — Кейлин слегка приподнимается.

Я пододвигаюсь ближе, её теневой щит плотнее смыкается вокруг нас. Магия теней скользит по моей коже, вызывая волну удовольствия во всём теле.