— Что ты делаешь? — пытаюсь перекричать бушующий ураган.

Меня снова накрывает выброс ледяной силы, только теперь я понимаю, что это магия теней.

— Кейлин! — ору я.

Она не отвечает. У неё снова приступ? Она потеряла контроль над собой?

Бушующий вихрь из призраков перекрыл нам все пути. Объединёнными усилиями они сотворили магическое торнадо, а мы в самом его центре. И этот центр очень быстро сужается.

Чёрный водоворот неумолимо давит на нас со всех сторон. Ураганный ветер разрывает одежду. Мой рюкзак уносит порыв ветра. Я отчаянно хватаюсь за карман, проверяя, не потерялся ли камень. Он нагрелся в моём кармане — или это игра воображения?

Последний виток, и волна призраков бьёт меня по спине, рассекая плоть.

Я кричу от боли. Хаос заполоняет все чувства. Боль, магия, полная неразбериха и… она. Кейлин крепко сжимает меня за предплечья, удерживая на земле. Мои ноги уже взмыли в воздух. Призрачные когти впиваются в плечо, разрывая кожу. Кейлин вскрикивает, её голос тонет в рёве мертвецов. Но я слышу его изнутри. Её боль. Моя боль.

Наша боль.

Её крик эхом разносится по призрачному торнадо, зажимает в тиски, сжигает, разъедает. Я пробиваю стену световой магией, и магия призраков не выдерживает. Мы падаем на землю. Я могу повторять это снова и снова, но рано или поздно я выдохнусь, а они ещё будут полны сил. Их слишком много.

И бежать некуда.

Ревущая воздушная волна снова обрушивается на нас, и Кейлин подскакивает ко мне, обхватывая руками, и её жутко холодная теневая магия снова пронзает меня.

Я разрываюсь на части. Будто с меня сдирают кожу. И я уже не сомневаюсь, что я в объятьях смерти, когда даже мой разум даёт трещину, впуская тьму, где только тени и пустота.

Я знала, что умру сегодня и здесь, в Выжженных землях.

Но из всех возможных способов умереть торнадо из призраков я ожидала меньше всего.

Смерть от рук призрака? Легко представить. Быть разорванной на тысячи кусочков, потому что мертвецы объединились и создали стихийное бедствие?

Уже не так легко.

Я вжимаюсь в тело Рева, понимая, что тем самым, возможно, делаю ему хуже, но отпустить его не могу никак. Пускай с открытыми ранами на спине и следами от моих ногтей, но зато живой.

В голове только одна мысль: нельзя его отпускать. Держись. Держись. Держись.

Всё, абсолютно всё, чем я когда-либо пожертвовала, было ради него. Всё не может кончиться так. Я буду бороться за его жизнь до последнего вздоха.

Любовь или ненависть. Обожание или отвращение. Надежда или ненависть. Всё это не имеет значения.

Он будет жить. А я нет. Это я знаю наверняка.

И поэтому, хотя я уже потратила слишком много сил, я вливаю остатки своей магии в него.

Спасти его. Спасти его.

«Мой», — шепчет магия в ответ.

Да! Он мой. Заберём его с нами!

Моя магия выплёскивается, обволакивая моего истинного, прорываясь в самую его суть, пока от него ничего не остаётся.

Я спиной врезаюсь в густую горячую грязь. Грудь Рева ударяется о моё, лишая остатков воздуха, и не в романтичном смысле.

Его глаза распахнуты широко, напоминая пустые глазницы призраков. Ураган стих — или, точнее, мы оказались в полусотне метро от него.

Перед глазами тёмными пятна. Рев скатывается с меня.

Я отчаянно втягиваю воздух. Я не чувствую ни рук, ни ног, ни магии.

Вот уж совсем неподходящее место, чтобы застрять без магии. Но какая разница, если я всё равно умру? Может, так даже лучше.

Стена огня полыхает всего в паре шагов от нас, от неё исходит жар, как из печки, опаляющий кожу. Я точно отключусь, если мы и дальше будем здесь оставаться.

Тревога закрадывается в душу при мысли о том, чтобы идти дальше, через Стену. Но мы должны.

— Что только что произошло? — спрашивает Рев. Я с трудом вздыхаю.

Это сработало. Единственная мысль в моей голове: это реально сработало.

Сглатываю и поворачиваюсь к пламени.

— Мы должны войти, — говорю я, чувствуя, как ужас сковывает тело. Меня до смерти пугает этот барьер. И ещё сильнее то, что находится по ту сторону.

Завывания призраков всё ещё заглушают большинство остальных звуков, торнадо бушует в нескольких десятках метров от места, где мы стоим, но они ещё не догадались, что нам удалось вырваться из их ловушки. Они раздирают наши припасы и мою потерянную куртку, но скоро должны сообразить, что их добыча ускользнула. А мы не успеем уйти далеко.