— Не-а. Папа купил мне новый. Такой, какой ты видишь в рекламных роликах, с центральным триммером и лезвием из нержавеющей стали.

— Папа, да?

Я поднял бровь, делая еще глоток. Я старалась выглядеть гораздо менее взволнованной, чем была на самом деле. Мне понравилось, что у Бира теперь есть папа.

Если я умру завтра, Бир официально станет проблемой Роба, а это значит, что у Бира будет еще один человек, который позаботится о нем. И так как я не разговаривала ни с кем из моей семьи целую неделю, это определенно была хорошая новость.

— Ага. И угадай, что? Он и Круз сказали, что возьмут меня подстричься в «Роли». Есть место, куда ходят все знаменитости. Там же и стригут.

Итак, Круз, Роб и Бир теперь были чем-то особенным. Как мило. Как на самом деле, очень мило.

Мое предательское сердце сделало несколько бросков, и я поставила кофейную кружку.

— Когда это случилось?

— Вчера, когда мы с папой ходили на рыбалку, а Круз поплелся за нами.

Он тоже ходил на рыбалку?

Это было тревожно здорово.

Я уже начала думать, что они планируют мальчишник Бира в Вегасе без моего согласия.

— Тебе всего тринадцать, Бир. Ты должен сказать мне, если увидишь людей, которые не твой отец. Я не давала разрешения.

—Мы пошли на рыбалку. — Бир открыл над моей головой шкаф и достал коробку с хлопьями, высыпав половину ее содержимого в миску. — Кроме того, мы оба знаем, что дядя Круз неплохо на меня влияет. Я не виноват, что ты не захотела переехать к нему. Что, кстати, технически означает, что я должен злиться на тебя. У меня могла бы быть игровая комната, мам.

Он прислонился к прилавку и начал запихивать в рот хлопья ложкой, без молока. Он получил это от своего отца. Роб никогда не добавлял молоко в свои хлопья, что, по моему скромному мнению, определенно было основанием для депортации с этой планеты.

— Круз сказал тебе это?

— Нет, это сказал папа, когда Круза не было.

— Что именно он сказал?

— Только то, что я не должен говорить тебе, что он что-то сказал — упс — и что Круз был немного расстроен из-за этого, я думаю.

— Действительно? — спросила я жадно. — Он показался тебе сломленным?

— Нет.

— Он плакал?

Бир уставился на меня, как на сумасшедшую.

Я была сумасшедшей.

— Нет.

— Ну теперь. — Я фыркнула, вздернув подбородок. — Тогда, думаю, он выживет. Доктор Костелло — очень востребованный человек.

Востребованный мужчина, который остался верен своему слову и не связывался со мной с тех пор, как поставил мне ультиматум, а я его провалила.

Бир одарил меня жалостливым взглядом.

Разбитое сердце было ужасно ужасным.

Теперь я вспомнила, почему я не была в отношениях.

Это было похоже на то, что я пробовала в последний раз.

***

Три часа спустя я вошла в номер для новобрачных, который Тринити занимала перед церковной церемонией в церкви Завета Благодати в центре города.

И когда я говорю «люкс для новобрачных», я имею в виду комнату ее детства, потому что Фэрхоуп не был известен ни своими отелями, ни местами для проведения свадеб, да вообще чем-то еще, если подумать.

Это был первый раз, когда я увидела свою семью после фиаско с арахисом, когда я приехала забрать Бира и получила поток оскорблений.

Моя семья не связалась со мной после того, как Габриэлла пришла, чтобы сообщить мне, что она установила рекорд, и, честно говоря, я была слишком занята подачей заявления на получение кредита, чтобы оплатить мой личный курс стилиста, чтобы поговорить с ними.

Или, может быть, я просто не думала, что есть что сказать после того, как они оставили вещи.

— М-а-а-а-м, — заскулила Тринити, сидя перед зеркалом в халате. — Я не могу этого сделать. Я действительно не могу. Мне нужно отменить свадьбу.

Я проскользнула в комнату, где Габриэлла и мама бегали, как безголовые цыплята, а парикмахер укладывала волосы Тринити на место, паря над ее головой.

Габриэлла оторвалась от полировки обуви Тринити и улыбнулась мне. — Привет, Несси.

— Привет, Габриэлла. — Я закрыла за собой дверь.

Тринити приветствовала меня пыхтением и закатыванием глаз, а моя мать указала на дверь.