Слова Гевора смутили, а он наслаждался моей растерянностью. Пришлось скрывать ее за бокалом вина, к которому я потянулась. Отвлекли и размышления о том, как незаметно помочь в поисках.

Мой наставник согласился проверить замок и выяснить, где находятся записи. У него на это уйдет пара минут, иначе можно потратить месяц, отыскивая скрытые двери и тайники.

Мы как раз закончили завтрак, когда Дух вернулся. В моем сознании возникла карта, а на ней пылающей точкой отмечено место. Оно оказалось в одной из башен в неприметном проходе.

Тратить время на бесконечные поиски Гевор тоже не собирался. Вместо этого он решил использовать неизвестный мне ритуал. Со стороны он напоминал призыв Голоса Души, только искали не человека, а след его магии.

Уже вскоре Гевор направился в сторону, куда указывал и наставник, а я пристроилась за ним. Коридоры дворца оказались пустынны. Закрались подозрения, что воины императора просто вычистили половину населения, подавляя ночные бунты.

— Может, откроем портал? — предложила я.

— Возле комнаты защитный полог и наверняка припрятаны сюрпризы. Да и ты разве не хочешь посмотреть на часть наших владений? Ты ведь не была на юге.

Поразившись осведомленности Гера, продолжила шагать и вслушиваться в тишину коридоров. Было тревожно. Ночью мне вновь снились кошмары. По обе стороны от меня возвышались мрачные скалы. На одной из них стоял Илан, на другой Гевор.

Оба звали к себе, но пока я колебалась, земля под их ногами начала осыпаться, грозя скинуть в пугающую бездну темноты. Я разрывалась, понимая, что спасти успею только одного. Но разве можно выбрать между двумя мужчинами, которых любишь?

Сон стал отражением реальности. Я видела, что цели Гевора и Илана идут вразрез друг с другом. В их мирное сосуществование уже не верилось. Стоило предположить, что я в реальности окажусь перед выбором, и становилось жутко.

— Мы на месте, — объявил Гевор, остановившись перед обычной стеной. Я первой призвала магию, изучая пространство, а маг отошел в сторону, чтобы не мешать.

Лишь на третьем круге сканирования, проникнув в саму структуру пространства, я заметила вплетенные потоки. Они закольцовывались в центре стены, образуя проход и скрывая его плотной, материальной иллюзией.

Попыталась прорвать и тотчас отпрыгнула в сторону, вскинув щит. Из стены вырвался боевой Дух, пытаясь дотянуться до меня и ауры. Подобное касание стоило бы жизненных сил.

— Уступишь место? — спросил Гевор, но я покачала головой. Не зря же Хут меня часами истязал в тренировочных залах?

Призвав Силу, вновь направила магию в плетение, но теперь изолировала его. Вырывающиеся атаки сопротивлялись вмешательству, но я оказалась упорнее и все же добралась до запирающего узла. Стоило его уничтожить, и охранные контуры погасли, а перед нами появился проход.

Внутри оказалось довольно просторно и помпезно, как в остальных залах дворца. Высокие стеллажи упирались в своды потолка, а между ними расположился широкий массивный стол с позолотой, два кресла и широкая софа. На небольшом столике осталось блюдо для фруктов, что сейчас пустовало, а в одной стене скрывалась ниша с бокалами и парой бутылок вина.

— Нет, — остановил меня Гевор, когда я хотела сесть на софу. — Иди ко мне, — мне протянули руку, прося занять соседнее кресло. Хоть и удивилась, спорить не стала.

— Хочешь устроить совместные чтения? — не удержалась от иронии.

— Забочусь о безопасности. Здесь полно сюрпризов, а вблизи тебя проще контролировать и защищать.

Часы потянулись один за другим, но приятными их назвать сложно. Мы пересматривали книгу за книгой, перелистывали пухлые тетради. Прошлый император решил доверить секреты бумаге.

Скрывала она многое, и все — мерзкое и отвратительное. Южанин описывал эксперименты и планы, в деталях излагая суть.

Гевор взял новую тетрадь, а уже через миг меня обожгло его яростью, прорвавшейся через связь. Рукопись оказалась отброшена на пол, а он вскочил на ноги. Его руки вцепились в спинку кресла, он пытался подавить эмоции.

Осторожно заглянула в подобранную тетрадь и быстро поняла причину. Дневник южанина описывал его отношения с наложницами. И среди них крупным шрифтом выведено имя матери Гевора и Мэй.

— Как же я жалею, что эта тварь успела сдохнуть до моего прихода. Хранитель не позволял покинуть убежище, скрывал события дома. Он лишил возможности отомстить тем, кто это устроил. Мне же достались их продолжатели.

Не зная, что сказать, обняла его, прижавшись к широкой, подрагивающей спине. Гевор тотчас развернулся ко мне, прижимая и кутаясь лицом в мои волосы, тяжело дыша.