Евгений обернулся на голоса кучки подростков. Те, покраснев, захихикали и опустили головы.

— Могло быть и хуже, — хозяин обвел взглядом все вокруг.

— Вам понравится, — вдруг сказала Ангелова, внезапно подошедшая.

— Евгений Владиславович, — процедила громче ее подруга.

Все сразу зашептались, загудели. В помещении повис вопрос, мучающий многих — это сын архонта? Все, ни разу не видевшие вживую сына Демонова, посчитали, что этот очень на него похож и даже больше — этот само совершенство, лучшая работа природы. Они удивлялись, как это раньше не догадались и что мог забыть здесь самый завидный жених? Некоторые девочки принялись подсчитывать его наследство, а другие выстраивались в очередь, чтобы закрутить роман. Парни же, наоборот, восприняли новость без энтузиазма. В их курятнике появился новый петух и с перьями, чья расцветка куда богаче, чем у них. Словом, безучастных не нашлось.

Евгений же спокойно наблюдал, как удав, который недавно проглотил кролика и теперь ему не страшен голод. Самодовольная улыбка не слезала с лица, он стал темой дня без усилий. Его фамилия — ключ в любом обществе. Родовитость — залог успеха. Деньги — преимущество перед другими.

— Ты права. Мне уже нравится.

Екатерина хмыкнула.

— Моя комната в левом крыле. Номер 57.

И две подруги удалились. Мы поднялись по широкой лестнице на второй этаж, комната хозяина вторая слева. Слуга отдал ключи, вещи должны скоро занести.

Когда дверь закрылась, и мы остались вдвоём, Евгений выругался, скинул верхнюю одежду. Сегодня он выглядел мрачнее обычного, и даже восхищённые взгляды девочек не подняли настроение.

— Они устраивают ужин для вас, — заговорила я, подбирая с пола джинсы. — Соберется высшее общество.

Евгений включил душ и встал под горячие струи. Вода накрыла тело, словно покрывало, согревая и успокаивая. Он, подперев одной рукой стену, подставил лицо, зажмурив глаза, будто желая все забыть.

— У них есть высшее общество?

От воды волосы стали темнее, а глаза ярче. Голубые, кристально чистые глаза с прищуром смотрели на меня. На кончиках золотистых ресниц висели капельки, Евгений моргнул и они скатились по скулам. Светло-русые брови живописной формы были чуть изогнуты, губы замерли в усмешке, и появилась ямочка на левой щеке.

Он взял протянутое мной полотенце и обмотал бедра.

— Полагаю, вечер связан с помолкой?

— Вас хотят поздравить.

— Хорошо.

Евгений прошел в комнату. Возле двери стояли три чемодана и моя сумка с оружием.

— Поживешь пока со мной. Не в целях безопасности. Будут наносить визиты, не хочу открывать дверь, — хозяин пожал плечами.

Я обвела взглядом помещение — можно соединить два кресла и получится годная кровать.

— В гардеробной я видел софу. Поставь напротив двери, — помолчав, Евгений добавил, — и оружие спрячь. — Он подошел к бару, но оказалось пусто. — Распорядись о выпивке. Бассейн хоть есть в этой дыре? Что с погодой? И где обед? Кормят только учеников?

Мою попытку сходить на разведку нарушил стук в дверь. На пороге стоял пожилой слуга-шаман, не тот, что показал комнаты и донес вещи.

— Семен Афанасьевич понимает, как устал Евгений Владиславович и велел спросить, не против ли вы, если обед подадут в комнату?

— Евгений Владиславович присоединится к обеду.

Хозяин действительно соизволил спуститься на обед, тем более, там не было учеников, лишь преподаватели и Ангелова. Он нашел еду годной, а запеченного ягненка съедобным. Охотников не старался втягивать его в разговор, соблюдая дистанцию. Он рассказал об устройстве гимназии, где расположен парк, медпункт, спортзал, библиотека, аудитории.

— Вы можете посещать занятия, но не выходите за пределы замка после девяти, пожалуйста. Данное правило распространяется на всех, на наставников тоже. Ночь опасна своей темнотой и холодом.

— Повар хорошо готовит, — ответил ему Евгений, промокнув губы салфеткой. — Мой телохранитель передал ваше приглашение. Всенепременно будем.

— Благодарю.

— У меня к вам просьба. Сделайте одолжение, будьте любезны. Распорядитесь пополнить мой бар. Он совершенно пуст. Обещаю не спаивать учениц.

— Да, разумеется, — не сводя глаз с Евгения, процедил Семен Афанасиевич. — Под вашу личную ответственность.

Он не мог перечить сыну архонта и оба это понимали. Начальник гимназии мог сказать «нет», только если Евгений захотел бы что-то непотребное, например, ученицу.

Часы пробили 18:20.

— Могу я воспользоваться бассейном?

— Конечно. Вам покажут дорогу.

— Премного благодарен.

Евгений раскланялся и покинул зал.

— Как насчёт бабочки?

Спросила я, пока Евгений разглядывал себя в зеркале. Волосы после душа не до конца просохли, но в целом он выглядел успокоенным — бассейн смазал мрачные краски нынешнего дня. Он опаздывал на вечер, но не торопился.