Полина смотрит исподлобья, выражая крайнюю степень своего разочарования, однако с раздавшимся стуком в дверь ее лицо моментально проясняется.

— Роберт! — радостно восклицает она и, соскочив с места, уносится его встречать.

А что делаю я? Экстренно повернувшись к зеркалу, ощупываю свое лицо, будто это поможет ему выглядеть лучше. Для чего — сама не знаю.

— Привет, зайчонок, — басовито летит из прихожей. — Давно встала?

— Давно, — важно отвечает Поля. — Умылась, зубы почистила, а потом еще маму разбудила. А ты почему так поздно?

Я закатываю глаза. Вот же хвастунишка. А кто научил тебя умываться и зубы чистить? То-то же.

— Ну так меня некому было будить. — Роберт заходит в гостиную и, встретившись со мной взглядом, ослепительно улыбается. — Доброе утро, Рада. Поля тут рассказывает, что ты не хотела вставать.

У меня розовеют щеки. То ли потому что он непростительно хорош в своем поло, то ли потому что смотрит так, словно в этот самый момент проигрывает воспоминания о минувшей ночи.

— Полина сказала, что она меня разбудила. Не надо додумывать, чего нет.

— Хорошо спала? — проигнорировав мою ремарку, интересуется он.

Да прекратишь ты так улыбаться? Не знаю, куда себя деть.

— Спала я прекрасно. А ты?

— Я тоже отлично.

— Хватит болтать! Давайте пойдем на завтрак, — требует Полина, дергая Роберта за руку. — Мы же скоро уезжаем.

Воспользовавшись тем, что дочка убежала вызывать лифт и не может нас слышать, я киваю на поднятый воротник его футболки.

— У тебя новый стиль? На всякий случай скажу, что у нас в Иркутске школьники так носят, чтобы казаться круче.

— Хотел бы выглядеть круче — я бы его не поднимал, — ухмыляется Роберт и на мой непонимающий взгляд оттягивает ворот.

От увиденного я густо заливаюсь краской. Боже. Если среди нас двоих и есть школьник, то это я. Судя по фиолетовому месиву на его шее, я то ли пыталась наградить его бессмертием, то ли, напротив, убить.

— Извини, — бормочу я. — Ты видно не совсем нормальный, если хотел это повторить.

Роберт приобнимает меня и доверительно наклоняется к уху:

— И все еще не отказываюсь от своих слов.

Покраснев, я толкаю его локтем. Ну ты чего, а? Полинка же рядом.

То ли из-за продолжительного сна, то ли из-за скорого вылета, за завтраком Полина ведет себя капризнее, чем обычно. Заказывает себе гору сладостей и в итоге ничего не съедает, под предлогом случайности выливает апельсиновый сок в кашу, несколько раз перебивает меня, зная, что так делать плохо, и в конце концов спрашивает Роберта, можем ли мы еще здесь остаться.

— Я бы с удовольствием, зайчонок, — он поднимает глаза на меня и снова смотрит на Полю. — Мне очень хорошо с вами. Но твоей маме нужно на работу и меня тоже ждут в Иркутске дела.

Поля, насупившись, молчит. Губу выпятила, руки на груди скрестила и глубоко дышит, будто вот-вот заплачет. Я ее не узнаю. Обычно она держится как взрослая, а капризничает так, для вида. Заранее ведь было известно, что это тур выходного дня.

— Эй, малыш, ты чего это надулась? — Роберт ласково треплет ее по щеке. — Тебе отель так сильно понравился или то, как мы вместе проводим время?

Я что есть силы сжимаю колени. Молчит, значит точно второе. Это со своим отцом она не хочет расставаться.

— Я же никуда не уезжаю пока, — продолжает он, правильно расценив ее молчание. — Мы с тобой по возвращению еще много времени вместе проведем. В кино сходим и маму с собой на этот раз захватим. А в следующие выходные можно втроем съездить на Байкал.

Я с замиранием сердца жду ее реакции. Это ведь как раз то, чего я так боялась. Что Полина к нему настолько привяжется, что начнет тосковать. Она ведь еще совсем малышка, несмотря на то, что ведет себя порой как взрослая, и конечно как любой ребенок нуждается в отцовской любви.

— Я хочу сходить в «Мармеладный рай», — наконец изрекает Поля, макая палец в развороченное пирожное. — Мама тоже его любит, но мы туда часто не ходим, чтобы у меня не болели зубы.

На лице Роберта проступает облегчение. Приобняв дочку, он щекочет подбородком ее макушку.

— Обязательно сходим, зайчонок. Наберем кило мармеладных червей, а потом поедем к вам домой смотреть какой-нибудь фильм. Если мама конечно согласится, — и оскалившись, подмигивает мне.

Я закатываю глаза, хотя у самой сердце радостно стучит. Оказывается, не одна Полина ждет продолжения этого уик-энда. Видимо, даже волшебнику изумрудного города не под силу подкинуть в мою соломенную голову мозгов.