– Нет, об этом не слышал ничего.

– Взгляни на мою дочь - какая красавица! Как думаешь, может породниться нам с твоим князем?

Я посмотрел на молодую княжну. Она, действительно, была довольно приятна внешне, хотя с Ясной ей не сравниться! Неприятно удивил только интерес, с которым она открыто, не стесняясь, что неприемлемо для молодой девицы, разглядывала моих воинов. 

– Не знаю, Ярослав, это вам с ним решать. Дочка у тебя, и в правду, красавица! Думаю, княжич будет доволен.

А сам, незаметно, взглянул на Бажена. Слышал, слышал княжич, о чем речь идёт! Удивленно рассматривал он княжну. Только по взгляду его не понять было, по нраву ли она.

– Когда в путь обратный двинетесь? 

– Задерживаться некогда. Вот завтра и поедем.

– Да как же это? Ратибор сказал мне, что на капище завтра тебя с женой поведет, обеты давать, отпразднуем потом! Ну, а там уж и в путь через несколько дней! 

– Что скажешь, Ясна, на капище будем обеты давать? 

Что это с ней? Голову опустила, в глаза не смотрит. 

– Ясна, ты слышала, о чем речь?

– Слышала. Только не могу я...

– Как не можешь? 

Князь с интересом следил за нашим разговором. А я... я снова злился. Что это за девушка такая, из-за которой меня из огня да в полымя бросает? То она нежная да ласковая, то перечит мне во всем, да ещё и при князе! Почему обет дать не хочет? Может, передумала женой моей быть? Только решил здесь, при всех не выяснять это, чтобы посмешищем для Изборска не стать.

– Что, Богдан, не желает девица женой твоей быть?

Что тут скажешь? Не желает, видимо. Только вдруг Ясна сама князю ответила:

– Я уже жена его. А на капище ни к чему нам обеты давать.

– Это как так? По древним обычаям положено.

– Я - христианка. 

Тишина воцарилась за нашим столом. Хорошо хоть воины за другими столами не слышали - продолжали есть да пить, громко переговариваясь. 

Отношение к новой религии среди большинства по-прежнему было плохим. Да и немного христиан было на наших землях. Именно их часто обвиняли в разных бедах от неурожая до пожаров. И порой не просто обвиняли, а и жизни лишали. 

Я о христианстве знал немного - мать со своей верой ко мне не приставала, но кое-что все-таки от нее слышал. Да и крестик-то я ее взял, да потом в карман спрятал, чтобы воины не увидели. Не хотел, чтобы кто-то знал о нем.

А тут вдруг жена моя открыто говорит, что она христианка. Как князь поведет себя теперь? Почувствовав опасность, рука привычно потянулась к мечу, да только на входе отобран воинами Ярослава он был - нельзя оружие-то близко к князю приносить. Увидел краем глаза, что воины мои тоже насторожились. Но Ярослав неожиданно улыбнулся и сказал:

– Ну, что ж, ваше дело, по каким правилам судьбы свои соединять. Думаю, Богдан, свою жену ты и сам на путь истинный наставить сможешь. В таком случае, можете послезавтра утром отправляться. А сейчас давай хоть выпьем за здоровье молодых, если, конечно, это религией жены твоей не запрещается!

Пришлось пить, кто же после такого князю откажет? 

***

Обошлось, вроде бы. Когда увидела, как Богдан к поясу потянулся, где меч его должен быть - ужаснулась, вдруг всех нас тут из-за веры моей поубивают? Но, слава Богу, обошлось... 

Наверное, он снова рассердился. Смотрела сбоку в его лицо и понимала, что он совершенно точно злится на меня. Я не сказала ему, не предупредила. И так все получилось...

Еле дождалась, когда, наконец, пир этот закончится. Когда князь предложил Богдану в баню вместе с женой, со мною, то есть, сходить, от радости чуть первой из-за стола не выскочила. И муки мои закончатся, и помыться смогу - в пути не удалось.

– Богдан, - князь с хитрой улыбкой смотрел на меня, - я думаю, сегодня ты не станешь настаивать, как прежде, чтобы с дружинниками своими ночевать. Ратибор вас устроит в своём тереме.

Нет, не баня у воеводы Ратибора, не баня, а банища! Огромная, не то, что наша. В предбаннике лавки - целая дружина поместится! Я первая зашла. Богдан с Ратибором возле бани остановились. Жена Ратибора - Добряна мне горенку показала, где мы ночевать будем, рушники дала, одежду я из своих запасов взяла. Богатый у них дом, большой и разных комнат не сосчитать! А еще не сосчитать ребятишек - целый дом! 

Зашла в предбанник и остановилась в нерешительности. Самой идти в парилку или Богдана ждать. И что он мне скажет? Со мной для него одни беды, я только и делаю, что разочаровываю его. Так он меня точно никогда-никогда не полюбит.