Я уже понял одну простую вещь.

Именно папу моя девушка любила больше всего.

Папу и сестру.

Не удивлюсь, если следующий удар Мефодий нанесет по Варваре Власовой.

Власовы некогда считались одним из самых богатых и влиятельных новгородских родов. Более того, они стояли на пороге создания собственного клана. Для этого были все предпосылки: мощный Источник, передающиеся из поколения в поколение боевые водные техники, включая «оледенение». С коммерческой жилкой у предков Арины тоже всё было в порядке — в прошлом купцы, затем промышленники. К середине двадцатого века род заправлял поставками удобрений по всей России, имел доли в нескольких правительственных концернах и расширял сеть гостиниц, разбросанных по всей губернии.

А потом случился Баланс.

Порфирий Власов в своем желании обогатить кровь новыми способностями подобрал своему малолетнему сыну «идеальную» партию — мать Арины. Валентина Конкевич тоже управляла водной стихией, но ее родовой способностью был «Потоп» — сложнейшая техника, позволявшая устраивать наводнения как в окрестностях речных артерий, озер или морей, так и в канализационных системах. Мать Валентины, к примеру, свободно меняла давление в котлах, нагревала и охлаждала воду, устраивала прорывы на теплотрассах во время родовых конфликтов. Минус, отталкивающий от Конкевичей других женихов, заключался в том, что семья была чрезмерно религиозной.

Воцерковленные равновесники.

Что это означает?

Приверженность идеям Мирового Баланса, регулярные походы в церковь, соблюдение постов и обетов. А главное — Конкевичи обязались отдавать в монастырское услужение всех старших дочерей в роду. Порфирий Власов хотел заполучить наследника мужеского пола, а потому, не раздумывая, решил пожертвовать одной из гипотетических внучек ради усиления линии крови.

Роды договорились о помолвке, начали сотрудничать во многих отраслях и расширять свое влияние. Когда Петру Власову исполнилось восемнадцать, сыграли свадьбу. Еще через несколько лет родилась Арина, а спустя два года — Варвара. Внука дед Порфирий так и не дождался — умер от руки неизвестного шиноби, нанятого недоброжелателями. Валентина Власова-Конкевич тут же взяла бразды правления в свои руки. Пока ее муж занимался финансовыми вопросами, воевал с конкурентами и продвигался на государственной службе, Валентина воспитывала девочек в лучших традициях староверов-равновесников. Читала священные тексты, рассказывала притчи о Равновесии, водила в храмы, а однажды взяла с собой в дальнее паломничество по Кругу Видящих. Арину морально готовили к постригу.

Мама Арине не нравилось. Папина дочка, одним словом. Девочка тянулась к полигонам, где тренировался отец, сопровождала его в поездках, если тот дозволял. И сестру она любила. Всякий раз, когда мать заговаривала о монастыре, ребенок устраивал истерику. Наказания были страшными — стояния коленями на горохе, удары магическими хлыстами, домашние аресты, покаянные посты. Арина надеялась, что отец заступится за нее и нарушит вековые установления, но Петр Власов смалодушничал. Род Конкевичей настаивал на выполнении обета, грозился всевозможными карами, намекал на конфликт с Патриархатом. Дескать, покойный Порфирий Демидович знал, на что шел, договариваясь о слиянии родов. А дворянское слово нерушимо.

Не осмелился Власов предать память отца.

Выполнил обещанное.

Арина оказалась в монастыре, а ее отца накрыло раскаянием. Видеться с дочерью Петр не мог — запрещали монастырские каноны. Адепты Равновесия верят, что истинное мастерство балансировки приходит к послушникам, свободным от мирских привязанностей.

Дальнейшую судьбу этого рода мне раскрыла Паутина. Кое-что пришлось взломать, не скрою. Выяснилось, что Власов, у которого и без того были тяжелые отношения с нелюбимой супругой, через три года после ухода старшей дочери подал на развод. От Конкевичей он откупился частью своих капиталов и долей в гостиничном бизнесе. Зато ухитрился взять под свою опеку Варвару, выиграв затяжное судебное противостояние. Вот почему Арина не увидела в режиме «дальнего зрения» детскую комнату. Одно из родовых имений, в котором предпочитали жить родители, отошло в собственность Валентины Конкевич. Петр Власов перебрался в старый дедовский особняк — поближе к фамильному Источнику.

Сам Власов оказался весьма примечательной фигурой. Отставной офицер, изрядно поколесивший по миру и завершивший карьеру после развода. Действительный статский советник, что дает право на потомственное дворянство. Отменный фехтовальщик и человек с принципами. Личность во многом трагическая, поскольку отданная в монастырь старшая дочь лежит камнем на его совести. Меня удивляет, что за годы, пока Арина находится в бегах, Власов не делал попыток ее разыскать. Впрочем… может, и делал, но испугался, что наведет церковников на след ребенка. Думаю, к нему приходили, допрашивали, обязали сообщить куда следует, если беглая монахиня вернется. По этой же причине и Арина не сунулась домой, хотя тоска по семье не отпускает ее годами. Делаю зарубку на будущее: помочь любимой воссоединиться с отцом и сестрой. Что касается матери… тут уж как карта ляжет. Я слышал, что Валентина отреклась от дочери, когда узнала о побеге из монастыря.

Вернемся к нашим баранам.

Точнее, к бретерам.

Противник Власова, Эдгар Блюм, в Новгороде был проездом. В прежней жизни с Петром Порфирьевичем не пересекался. В полиции заявил, что считает отца Арины лицемером, который загрязняет природу вредной химией, а потом «замаливает грехи» благотворительностью. В адептах Баланса господин Блюм не числился. Вот только не верю я в сознательных экоактивистов с репутацией профессионального убийцы.

Дуэль остановлена секундантом со стороны Власова. Целитель, находившийся неподалеку, оказал первую помощь пострадавшему. Блюм якобы удовлетворился сатисфакцией и попытался уехать из города, но его задержали. А потом отпустили, взяв подписку о невыезде на ближайшие две недели. Мне ясно, что следствие ничего не нароет, а бретер, не получив ни единой царапины, покинет страну. Знаете, что умиляет? Власов — опытный воин, Магистр воды, отменный фехтовальщик. И не справился со странствующим экоактивистом? Блюм — мелкопоместный дворянин, ни кола ни двора. Никто толком не смог выяснить, чем он зарабатывает себе на жизнь. Крупные транзакции не зафиксированы. На смарт-браслете подозрительные контакты отсутствуют.

Ладно.

Блюм от меня в ближайшее время никуда не денется.

А вот за Варварой я решил присматривать. Девушка учится в одном из новгородских университетов, нрав имеет общительный. Рядом — шебутные подруги и толпа поклонников. Сложно предугадать вектор атаки, но возможности у церковников, как я успел убедиться, обширные.

— Что там? — сразу набросилась на меня Арина, когда я отключил «телезрение».

— Сама бы посмотрела. Ты умеешь.

— Я волнуюсь.

— Нормально всё, — проворчал я, устало потянувшись.