Почтальон, цокая, направился ко мне, провожаемый цепким взглядом Арины. Остановился в шаге от кресла, поднял руку-ложку и протянул примотанный скотчем спичечный коробок. Меня посетила смутная догадка по поводу отправителя, но я не спешил с выводами.

Наклоняюсь вперед, выдвигаю бумажный ящичек и обнаруживаю записку.

Лист, выдранный из блокнота в линейку.

Раскладываю нехитрое оригами. Так и есть, почерк мастера Фэна.

Я в участке Дэшэнмэньвай. Предъявляют сотрудничество с японскими криминальными структурами. В частности, с бандой убийц, известных как Гильдия корректировщиков. Грозит 15 лет тюрьмы. Адвокату позвонить не могу. На диалог не идут, от денег отказываются.

Фэн Вэйдун

Перечитываю записку вслух.

Хочу написать ответное письмо, но выясняется, что в квартире нет ручки и бумаги. Цифровая эпоха, однако. Арина бежит к Сыроежкину, он ведь у нас школота. Возвращается с чистой тетрадкой и шариковой ручкой. Я вырываю лист из тетрадки друга, чувствуя себя последней сволочью. Набрасываю несколько слов на японском:

Локацию принял. Начинаю работать.

Складываю письмо, трамбую в спичечный коробок и наблюдаю, как фамильяр неуклюже разворачивается на своих ложках, ковыляет к вертикальной щели, схлопывается в двумерную проекцию и исчезает в мерцании неопределенности.

Арина убирает пистолет в кобуру.

— Я знаю, где держат нашего оружейника.

— И каков план?

Хороший вопрос. Я попросил Рэйдена разобраться с китайскими городовыми, но сенсей в первую очередь будет решать собственные проблемы. Судя по спешке, с которой отправлен фамильяр, за оружейника взялись плотно. Я ведь и забыл совсем, что шиноби с точки зрения закона в любой стране мира — просто убийцы. Опасные преступники, которых следует казнить либо сажать в тюрьмы. Пособников убийц — туда же.

Гильдия отмажется.

Не впервой.

Меня даже не станут объявлять в международный розыск — сработает протекция.

А Фэн сядет, если никто не вмешается.

— Так, — смотрю в окно, складывая в уме мозаику, — так, так, так. Сейчас я иду в душ, ты готовишь ужин. Что-нибудь простенькое, веганское. Пьем кофе, дышим свежим воздухом. А потом… я навожу шухер в одном из отделений пекинской полиции.

— Уверен? — в голосе Арины звучит сомнение. — Полиция ведь.

— Полиция, — соглашаюсь я. — От этого задача становится только интереснее.

— А потом? — девушка еще не верит в благоприятный исход.

Зря, между прочим.

— Потом… я сделаю кое-кому больно.

— Кому это?

— Ни за что не угадаешь.

Мастер Фэн вряд ли ожидал, что семейный юрист сумеет его разыскать. Тем не менее, это случилось. Господин Ло, опытный стряпчий и бывший помощник прокурора, быстро сообразил, что дело шьют на ровном месте. Тут же потребовал предъявить обвинение либо отпустить своего подопечного. Для обвинения улик оказалось маловато. Еще бы. Участок накрыло чередой необъяснимых явлений. Скачки напряжения, упавшая сеть, испарившиеся файлы. Задымление в хранилище вещдоков, где благополучно сгорела коробка с патронами, созданными для меня. Разрываясь, патроны поражали камеры наблюдения и пожарные датчики. Такое иногда происходит. Редко, один случай на миллион. Но происходит.

Копы засуетились.

Разворошенное осиное гнездо.

Начальник отделения ввалил детективам, взявшимся раскручивать дело Фэна Вэйдуна. Те разводили руками, непонимающе переглядывались, что-то мямлили. Господин Ло продолжал давить. Угрожал звонком прокурору и готовящимся иском. Дескать, его подзащитный так всё не оставит. Копы просканировали хранилище вещдоков. Искали остаточные следы магического вмешательства, но, естественно, ничего не обнаружили. Потому что я пользовался эфиром. На мастера Фэна пытались давить психологически, чтобы выбить признание, но он разговаривал только под протокол и в присутствии адвоката. Двухчасовое противостояние закончилось тем, что оружейника выпустили под залог и запретили в ближайшие дни покидать столицу Китая. Лично мое мнение — это произвол. Какой залог, если нет доказательной базы? Просто отпустите, извинившись, и отвезите домой на патрульной машине. Так бы и случилось, но начальник полиции действовал по принуждению церковников.

Едва Фэн покинул участок, я занялся ублюдками по полной программе. Приключения оборотней в погонах начались с визита агентов службы внутренних проверок. Участок хорошенько встряхнули, проверили старые дела и «внезапно» выяснили, что часть процессов сфабрикована. Вероятности сложились не в пользу детективного отдела по особо опасным преступлениям. Полетели анонимки, ссылки на записи камер, банковские проводки. Всплыли затертые свидетельские показания. Заговорили осведомители.

Чтоб вы понимали, всё это дерьмо начало твориться ночью. Я редактировал реал в восемь вечера, а у азиатов был час после полуночи. Проверка обрушилась на участок еще через три часа. Убедившись, что маховик репрессий раскручен, я вернулся в свое тело, поставив зарубку на утро — подбросить дровишек в топку возмездия.

Перемещаюсь в Великий Новгород.

Вовремя.

Варвара возвращается с поздней консультации перед своим последним экзаменом. И к ней предсказуемо цепляются гопники. Ловят аккурат после того, как девушка выходит из такси, забегает по мелочи в магазин и через шелестящий на ветру парк топает к своему имению. Обычно Варвара не ездит на такси. К универу девушку доставляет бронированный автомобиль с личным шофером. Сегодня шофер выполняет особое поручение Петра Власова и не может встретить сестру Арины. Просто совпадение…